Платоновское философское общество
Plato
О нас
Академии
Конференции
Летние школы
Научные проекты
Диссертации
Тексты платоников
Исследования по платонизму
Справочные издания
Партнеры
Интернет-ресурсы

МОО «Платоновское философское общество»

НАЗАД К СПИСКУ КОНФЕРЕНЦИЙ

УНИВЕРСУМ ПЛАТОНОВСКОЙ МЫСЛИ

УНИВЕРСУМ ПЛАТОНОВСКОЙ МЫСЛИ XXII

Корпус текстов Платона в истории его интерпретаций - 2


Оглавление

Немыслимость множественности у Зенона Элейского
и проблематичность причастности в «Пармениде» Платона
[1]

Берестов И. В.

(к. филос. н., с. н. с. Института философии и права СО РАН)

 

Мы намерены указать на тексты из фрагментов Зенона Элейского и платоновского «Парменида», которые могут быть проинтерпретированы как содержащие некоторые версии двух утверждений, которые мы будем называть «мереологическими положениями» – первым и вторым. Эти положения связывают проблематику «части и целого» у названных авторов, имеют большое значение для оценки глубины их проблематики и связывают античную мереологию с современными исследованиями валидности аргументации через бесконечный регресс и теориями абстрактных объектов.

 

Первое положение

 

В первой, «сильной», трактовке (DisF) первого положения целое задаётся способом, который подразумевает противоречие – при условии принятия «принципа неразличимости тождественных». Во второй, слабой, трактовке (DisI) это противоречие отсутствует.

(DisF) Для того, чтобы мыслилось целое, некоторая его часть должна мыслиться как полностью определённая независимо от других его частей (и от способа их связывания).

(DisI) Для того, чтобы мыслилось целое, каждая его часть должна мыслиться как полностью определённая хотя бы через другие его части (и через способ их связывания).

Следствием (DisI) и «принципа неразличимости тождественных» (применительно к мысленным или интенсиональным, интенциональным, абстрактным объектам) является следующее положение, признающие холистический подход к сложному мысленному объекту:

(HolМысленное целое полностью задаётся посредством такого акта мышления, который не содержит в себе других актов мышления.

Первое положение в редакции (DisF) используется Зеноном Элейским в 29 B 2 DK, который можно интерпретировать как обоснование a contrario немыслимости сложного, множественного объекта:

«Ни одно [из сущих] не имеет величины [= не связано с чем-либо так, что связанные элементы входят в нечто, имеющее величину], на том основании, что каждое из [предполагаемых] многих [сущих] есть тождественное самому себе и одно [= одинокое, не связанное с чем-либо]».

Также мы полагаем, что некоторые фрагменты исторического Парменида (28 В 8.19–21; 8.29–30 DK) можно рассматривать как доказательства a contrario, проводимые с использованием (DisF), о чём подробнее см. в [Берестов, 2013].

Первое положение в редакции (DisF) используется в платоновском «Пармениде» при обосновании того, что идеи как мысли не могут быть соотнесены с теми реальными объектами, мыслями о которых они являются (Parm. 132b3–c10). С одной стороны, идеи существуют в области ментального, тогда и только тогда, когда мыслятся. С другой стороны, о реальных объектах нельзя сказать, что они являются ментальными, о них нельзя сказать, что они существуют тогда и только тогда, когда мыслятся. Кроме того, реальные объекты причастны идеям, которые, как мысли, суть мысли о реальных объектах. Значит, идея, как ментальный объект, не требует для своего существования никаких реальных объектов. Но, как соотнесённая с реальными объектами, идея имеет необходимым условием своего существования существование реальных объектов.

На (DisF) можно возразить, что нет никакой необходимости настаивать на том, что для понимания ментального объекта мы должны утверждать, что он не имеет никакой связи с реальным объектом – а именно, не имеет в качестве необходимого условия своего существования существование реального объекта. Таким образом, для сторонника мыслимости целого кажется открытым путь отказа от (DisF), т.е. отказа от того, что все части или компоненты целого мыслятся «сами по себе», независимо от целого, но каждая часть мыслится тогда и только тогда, когда мыслятся все части, связанные всеми связями, благодаря которым они образуют целое или один, хотя и сложный, объект. Этот путь предполагает замену положения (DisF) на положение (DisI).

Однако положение (DisF) утверждает наличие хотя бы одной части (характеристики), которая не зависит от целого. Это допущение кажется вполне разумным, поскольку кажется невозможным понять, как именно можно связывать (в том числе – мысленно связывать) полностью неопределённые вне целого объекты полностью неопределёнными связями – что не запрещается в (DisI). В случае полностью неопределённых объектов, их характеристик и связей нельзя ни охарактеризовать, ни обозначить такие объекты, их характеристики и отношения между ними. При этом допущение, что класс мыслящихся объектов составляет класс эквивалентности, так что все объекты мыслятся симультанно, не помогает ответить на вопрос о том, как такое мышление вообще возможно. Это показывает, что (DisF) не так-то легко отбросить и заменить на (DisI).

В других аргументах из первой части «Парменида» также используется первое положение в редакции (DisF). В рассуждении о невозможности присутствия идеи в вещах из-за отделённости её от неё самой утверждается, что идея мыслится как существующая независимо от вещи, её содержащей, и, тем не менее, в качестве одной из её характеристик мыслится «присутствует в вещи». Таким образом, необходимым условием мышления целого, состоящего из вещи и присутствующей в ней идеи, является мышление идеи, полностью определённой самой по себе, не содержащей характеристики «присутствует в вещи» (Parm. 131b1–2):

… хотя [эйдос] есть тот же самый (τατν), [и] во многих сущих, и отдельно [от них] целый [один и тот же эйдос] будет симультанно (μα) присутствовать (νέσται); и, таким образом, [эйдос] существовал бы отдельно от самого себя (ατ ατο χωρς). 

Таким образом, если «имманентная характеристика» вещи тождественна «трансцендентной идее», то мы приходим к недопустимому выводу, что «эйдос отделён от самого себя», т.е. что эйдос, отдельный или независимый от причастных ему вещей, способный существовать независимо от них, оказывается не отдельным от них, а, напротив, связанным с ними, зависимым от них, имманентным им, т.е. неспособным существовать независимо от них. Подобные аргументы присутствуют в «Пармениде» и в других местах (Parm. 130b1–7; 131b1–2; 132b3–c10; 133c3–6; 133e4–5; 134e8–135a2; 135b2–c2), они могут быть использованы для обоснования непостижимости любого произвольным образом связанного сложного объекта, что можно увидеть у исторических Парменида и Зенона Элейского.

Например, в качестве аргумента, который можно трактовать как использующий (DisF), можно трактовать рассуждение о «знании самом по себе», которое определяется независимо от «нашего знания», но если бы оно было как-то связано с «нашим знанием», то мы получили бы противоречие (Parm. 133c–134e).

Названные затруднения, по [Harte, 2002. С. 277], приводят Платона к холистическому пониманию целого – в наших терминах, к отказу от обычной или избыточно сильной трактовки первого положения в виде (DisF), через замену (DisF) на (DisI).

 

Второе положение

 

Второе положение (которое можно назвать положением о Связывании Связей) признаёт, что для того, чтобы существовало целое, его части должны быть связаны друг с другом посредством некоторой связи, так, что эти части и эта связь, в свою очередь, связаны друг с другом. В экстенсиональной формулировке это положение можно записать следующим образом:

(СС)   Если имеются несколько вещей и связывающая их связь, и при этом все они отличаются друг от друга, то имеется также и еще одна связь, связывающая все эти вещи и связывающую их связь, отличная от каждой из этих вещей и первой связи.

Другой, интенсиональной, формулировкой первого положения является следующая:

(СС´) Если мыслятся несколько вещей и связывающая их связь, и при этом все они отличаются друг от друга, то мыслится также и еще одна связь, связывающая все эти вещи и связывающую их связь, отличная от каждой из этих вещей и первой связи.

Признание как (СС), так и (СС´) ведёт к бесконечному регрессу, но есть основания полагать, что регресс является подлинно «порочным» только в последнем случае. Последнее можно показать достаточно надёжно, используя современные критерии «порочности» для регресса из [Gratton, 2010]. Некоторые тексты из фрагментов Зенона Элейского могут интерпретироваться как доказательства немыслимости сложного объекта, использующие (СС´). Например, доказательство, восходящее к 3 Lee (в этом фрагменте речь идёт о бесконечном регрессе отрезков, образующихся в результате дихотомического деления исходного отрезка) производит впечатление корректного, причем допускающего более строгое изложение, и формализм абстрактных объектов, разработанный Э. Залтой, может быть существенным подспорьем для этого [Linsky, Zalta, 1995; Zalta, 1993].

Характерной чертой этого доказательства является то, что возникающий в нём регресс связей возникает не только при анализе «сущего, имеющего величину», о чём идет речь в 3 Lee, но и при анализе допущения о существовании произвольным образом связанных сущих любых типов, вне зависимости от того, принадлежат ли они «сущему, имеющему величину» или нет. Таким образом, аргумент из 3 Lee можно представить как частный случай «улучшающей» интерпретации рассуждений из 29 B 1 DK (а именно, 10.3–8 Lee) и 29 B 3 DK, если их понимать как имеющих дело с сущими, не обязательно имеющими величину, что делает более удобным рассматривать представленное доказательство как некую «улучшающую» интерпретацию именно этих рассуждений. Подробнее об этой интерпретации Зенона см. [Берестов, 2014].

Второе положение в редакции (СС´) используется также и в регрессивных рассуждениях из платоновского «Парменида» – «аргументе третьего человека» (АТЧ, Parm. 132a1–132b2; 132d1–133a1) и во второй гипотезе (Parm. 142b–143a). АТЧ можно переформулировать как строгое рассуждение, ведущее к результату – обоснованию немыслимости отношения «причастности» между вещью и идеей. Для этого надо рассматривать каждую последующую идею как обусловливающую не только непосредственно предшествующую ей идею, но все предшествующие идеи.

Все приведённые версии каждого из этих двух положений ведут к проблематичности существования (мыслимости) сложного объекта, целого. Но эта проблематичность может быть преодолена, если поставить под сомнение неоправданно «сильную» формулировку первого положения (DisF) и отказаться от неё, заменив (DisF) на (DisI). Также можно поставить под сомнение экстенсиональную версию второго положения (СС) и заменить её на интенсиональную версию (СС´) – на том основании, что генерируемый посредством (СС) бесконечный регресс связей не обязательно должен включать в себя «реальные» связи. Однако «слабая» версия первого положения (DisI) вместе с интенсиональной версией второго положения (СС´) приводят к корректному аргументу, обосновывающий невозможность помыслить целое или сложный объект, исходящему из кажущихся разумными посылок. Зенон использует этот аргумент для доказательства немыслимости множественности, а Платон в «Пармениде» – для доказательства невозможности помыслить объекты, связанные специфическим отношением «причастности».

Те версии двух мереологических положений, которые приводят к наиболее сильному аргументу – (DisI) и (СС´) – не встречаются в текстах Платона (как и Зенона) непосредственно. Однако имеющиеся версии могут рассматриваться нами как допускающие «усовершенствование» до более надёжных положений. В этом смысле тексты Платона могут рассматриваться нами как важный этап в построении «совершенного» аргумента, как продумывание различных вариантов близких аргументов, с осознанием их достоинств и недостатков. Рассуждения Платона (как и Зенона) обеспечивают, так сказать, подступы к «усовершенствованному» аргументу – который сами эти авторы, вероятно, не формулировали. Так что эти рассуждения, можно сказать, лишь логически (а не исторически) связывают тексты, их интерпретации и некоторые более или менее валидные аргументы.

Литература

1.    Берестов И.В. Предполагаемый аргумент Зенона Элейского «против множественности сущего» из 29 B 2 DK и его контекст // Ценности и смыслы. М., 2013. № 3(25). С. 99–108.

2.    Берестов И.В. Новый элеатизм: Можно ли придать вес аргументам «против множественности» Зенона Элейского?// Вестн. Новосиб. гос. ун-та. Серия: Философия. 2014. Т. 12, вып. 2. (в печати).

3.    Die Fragmente der Vorsokratiker / Diels H., Kranz W., ed. (=DK). Griechisch und Deutsch H. Diels; elfte Auflage herausgegeben W. Kranz. V. I. Zürich, Berlin: Weidmannsche Verlagsbuchhandlung, 1964.

4.    Gratton C. Infinite Regress Arguments. Dordrecht, Heidelberg, London, New York: Springer, 2010. – xii + 211 p. (Argumentation Library, Vol. 17).

5.    Harte V. Plato on Parts and Wholes: The Metaphysics of Structure. Oxford New York: Clarendon Press, 2002. i–x+311 p.

6.    Lee H.P.D. Zeno of Elea. Cambridge: CUP, 1936. 125 p.

7.    Linsky B., Zalta E.N. Naturalized Platonism versus Platonized Naturalism // The Journal of Philosophy. 1995. Vol. 92, No. 10. Р. 525–555.

8.    Zalta E.N. Twenty-Five Basic Theorems in Situation and World Theory // Journal of Philosophical Logic. 1993. Vol. 22, No. 4. P. 385–428.


 



[1] Исследование, результаты которого отражены в настоящей статье, проведено при поддержке РГНФ, грант «Аргументированность и обоснованность знания в парадигме античной рациональности», № 14-03-00502а.

 


© Платоновское общество, 2014 г.

НАЗАД К СПИСКУ КОНФЕРЕНЦИЙ