Платоновское философское общество
Plato
О нас
Академии
Конференции
Летние школы
Научные проекты
Диссертации
Тексты платоников
Исследования по платонизму
Справочные издания
Партнеры
Интернет-ресурсы

МОО «Платоновское философское общество»

НАЗАД К СПИСКУ КОНФЕРЕНЦИЙ

УНИВЕРСУМ ПЛАТОНОВСКОЙ МЫСЛИ

УНИВЕРСУМ ПЛАТОНОВСКОЙ МЫСЛИ XXII

Корпус текстов Платона в истории его интерпретаций - 2


Оглавление

Учение о музыке Платона
в средневековой арабо-мусульманской философии

Федорова Е. С.

(аспирант института философии СПбГУ)

 

 

1.               Введение

Зарождение и последующее развитие музыкальной науки в рамках арабо-мусульманской философии происходило одновременно с изучением античного философского наследия. Приобщение мусульманских мыслителей к древнегреческой и эллинистической науке и философии началось с переводов античных трактатов. С VIII по XI вв. на арабский язык были переведены основные труды древнегреческих и эллинистических ученых по самым различным отраслям знания — логике, медицине, математике, астрономии, географии, музыке. Активной переводческой и комментаторской деятельности способствовали исключительно благоприятные условия, созданные аббасидским халифом ал‑Мамуном (ум. 833 г.), в частности, благодаря учреждению знаменитого багдадского «Дома мудрости».

В результате освоения в конце VIII – начале IX вв. наследия древнегреческих философов в средневековой арабо-мусульманской мысли появляется разделение наук на собственно «арабские» (теология, правоведение, филология, грамматика, лексикография, история) и «науки древних», или «пришлые науки», (философия, точные и естественные науки). Первые шаги по созданию и дальнейшему самостоятельному развитию мусульманской «науки музыки» (‘илм ал‑мӯсӣк̣ā) были сделаны представителями фальсафы — направления арабо-мусульманской философии, ориентировавшиеся на эллинско-эллинистиеские философские традиции. Вместе с адаптацией античного научно-философского наследия, в рамках фальсафы происходило ознакомление с древнегреческой музыкальной теорией и ее дальнейшая переработка.

Сочинения по музыке мыслителей мусульманского Востока демонстрируют преемственность музыкально-теоретических воззрений от древнегреческих философов, но вместе с тем, предлагают собственную музыкально-теоретическую концепцию, опиравшуюся на свою музыкальную культуру и исламские нормы. Мусульманские мыслители стали приспосабливать теоретические концепции старой арабской школы к греческой музыкальной теории, благодаря чему арабская музыкальная наука смогла достичь высокого уровня. К числу выдающихся мусульманских музыкальных теоретиков средневековья принадлежат ал‑Кинди, ал‑Фараби, Братья Чистоты, Ибн Сина.

Среди древнегреческих философских произведений, получивших распространение в среде арабо-мусульманских мыслителей, особый интерес вызывали сочинения Аристотеля и Платона. Цель данного доклада — выявить и проанализировать влияние учения о музыке Платона на средневековую арабо-мусульманскую музыкальную науку.

 

2.               Moysicos и адаб

Термин moysicos в самом широком смысле понимается Платоном как «образованный». «Мусические искусства» у Платона непосредственно связаны с воспитанием: «Действие звуков, воспитывающее и ведущее душу к добродетели, мы <…> назвали мусичеким искусством»[1]. «Музыка» в данном случае выступает как средство воспитания души в противоположность гимнастике, воспитывающей тело: «Кто превосходно соединяет гимнастику с музыкой и весьма мерно прилагает их к душе, того мы по всей справедливости можем назвать человеком совершенно музыкальным»[2]. «Пища души заключается в “музыке”, поскольку она вносит в нее гармонию»[3].

С развитием арабо-мусульманской науки о музыке на первый план в ней выдвигается понимание музыки как искусства, благотворно влияющего на душу человека. Знание теоретических основ музыки становится одной из составных частей адаба (адаб — «воспитание, воспитанность») — целого комплекса наук, литературы и искусств, призванных воспитать адиба — образованного во всех отношениях человека. Однако термины мӯсӣк̣ā («музыка») и адаб разделены. Термин мӯсӣк̣ā в средневековых арабских трактатах часто встречается в словосочетании ‘илм ал‑мӯсӣк̣ā — «музыкальная наука», «наука музыки» или «наука о музыке». ‘Илм ал‑мӯсӣк̣ā охватывает широкий круг проблем, связанных с музыкой (включая вопросы, которые сейчас относятся к музыкальной теории, акустике, музыкальной эстетике, а также различные концепции философского характера, связанные с метафизикой, этикой и социально-политическими воззрениями мусульманских мыслителей). В средневековой арабо-мусульманской культуре изучение ‘илм ал‑мӯсӣк̣ā являлось необходимым этапом философского познания.

В учении о музыке Братьев Чистоты ‘илм ал‑мӯсӣк̣ā — одна из философских наук, а постижение науки музыки — один из этапов на пути познания духовных истин, обретение которых обязательно для жителей «духовного града». Большинство вопросов, затронутых в «Послании о музыке», не были принципиально новыми, однако именно в этом и заключалась его ценность (если следовать традиции рассмотрения «Посланий» как «учебника» или «энциклопедии»). Понимание музыки как «пищи для души» играло особую роль в философии суфизма, поскольку музыка рассматривается суфийскими мыслителями в качестве средства воспитания «совершенного человека».

 

3.               Melōdia и алхāн

В то же время и у Платона, и у мусульманских мыслителей слово «музыка» употребляется в узком смысле слова. «Мӯсӣк̣ā — греческое слово и означает мелодии (алхāн)»[4]. Алхāн часто напрямую соотносят с мелосом. По Платону melōdia состоит из слова, лада и ритма. Подобная тесная связь музыки и слова наблюдается и в мусульманской музыкальной теории. Ал‑Фараби, следую платоновскому пониманию мелоса, также рассматривал вокальные мелодии в первую очередь. Однако, в понятие «мелодия» он включал как собственно песенные мелодии, так и инструментальные. С платоновским «ладом» часто соотносят арабский термин наӷамāт. Как у Платона, так и у мусульманских философов, метр и ритм очень тесно связаны, и значения эти терминов далеко не всегда четко определены и разграничены.

 

4.               Учение о звуках

В «Тимее» Платон пишет: «Итак, звук будем считать вообще за удар <…> И быстрый удар будет высоким звуком, а медленный — низким…»[5]. У Братьев Чистоты мы может найти следующее определение звука: «звук — это удар, возникающий в воздухе от взаимного столкновения тел»[6]. По ал-Фараби, «от резкости удара возникают высокие звуки, а от его слабости — низкие»[7].

 

5.               Учение о ладах

У Платона музыкальный лад тесно связан с морально-воспитательной функцией музыки, поскольку он напрямую выражает некий «характер». Ту же идею мы наблюдаем и в арабо-мусульманском учении о макамах.

 

6.                Связь музыки и космологии. Учение о пропорциях

В учении о музыке Платона земные благозвучные аккорды являются отражением музыки небесной. Эта идея была довольно популярна в средневековой мусульманской музыкальной науке. Разработкой космологической теории музыки занимались такие мусульманские философы как ал‑Кинди и Братья Чистоты. Немалое место в их рассуждениях занимали описания различных пропорций и аналогий.

 

 

 



[1] Лосев А. Ф. История античной эстетики. Высокая классика. Харьков: Фолио; М.: АСТ, 2000. 624 с. (Вершины человеческой мысли). С. 63.

[2] Там же.

[3] Там же.

[4] Шамилли Г. Б. Сущность музыки в исламской культуре // Очерки истории исламской цивилизации. В 2-х т / под общ. Ред. Ю.М. Кобищанова. Т. 1. М.: РОССПЭН, 2008. С. 368–377. С.371.

[5] Лосев А. Ф. История античной эстетики. Высокая классика. Харьков: Фолио; М.: АСТ, 2000. 624 с. (Вершины человеческой мысли). С. 134.

[6] Ikhwān alṢafā’ Rasā’il Ikhwān alSafā’ // WWW.AL-MOSTAFA.COM. URL: http://www.al-mostafa.info/data/arabic/depot/gap.php?file=001691-www.al-mostafa.com.pdf (дата обращения: 12.04.2014) / На араб. яз. С. 67.

[7] Музыкальная эстетика стран Востока / Ред. В. П. Шестаков. М.: Музыка, 1967. 414 с. (Памятники музыкально-эстетической мысли). С. 294.

 


© Платоновское общество, 2014 г.

НАЗАД К СПИСКУ КОНФЕРЕНЦИЙ