Платоновское философское общество
Plato
О нас
Академии
Конференции
Летние школы
Научные проекты
Диссертации
Тексты платоников
Исследования по платонизму
Справочные издания
Партнеры
Интернет-ресурсы

МОО «Платоновское философское общество»

НАЗАД К СПИСКУ КОНФЕРЕНЦИЙ

УНИВЕРСУМ ПЛАТОНОВСКОЙ МЫСЛИ

УНИВЕРСУМ ПЛАТОНОВСКОЙ МЫСЛИ XXV:

ПЛАТОН И АНТИЧНАЯ НАУКА


Программа конференции Тезисы

Тезисы доклада

Пантелеев Алексей Дмитриевич
к. ист. н., доцент, Институт истории СПбГУ

Феномен отступничества в религиозной и философской жизни Римской империи*

Доклад посвящен анализу явления отступничества в иудейской, христианской и языческой религиозной и философской традициях. Рассматриваются отдельные случаи такого поведения и его мотивы. Несмотря на то, что каждый случай здесь по-своему уникален, между ними можно найти и немало общего; это формировало негативную оценку отступников как среди членов покинутого сообщества, так и среди сторонних наблюдателей.

Ключевые слова: античная религия, раннее христианство, иудаизм, история философии, отступничество

Aleksey Panteleev
CSc in History, associate professor, St Petersburg State University, Institute of History

The Phenomenon of Apostasy in Religion and Philosophy of the Roman Empire

The report is devoted to the analysis of the phenomenon of apostasy in the Jewish, Christian and Pagan religious and philosophical traditions. We consider individual cases of such behavior and its motives. Despite the fact that each case was unique, there were much in common between them. This formed a negative assessment of the apostates both members of the abandoned community and by outside observers.

Keywords: ancient religion, early Christianity, Judaism, history of philosophy, apostasy


В последнее время появилось много исследований, посвященных распространению новых религиозных течений в античном мире, изучению причин их привлекательности и исследованию их средств привлечения себе сторонников. Нам хотелось бы обратиться к проблеме, которая является частью этой темы, но обычно обходится стороной — теме отступничества. Под «отступничеством» мы будем полагать очевидную для прежних единоверцев смену религиозных или мировоззренческих убеждений, носившую принципиальный характер и затрагивавшую основы системы взглядов человека на мир. Материал античных источников по данному сюжету можно разделить на три группы: иудейский, христианский и языческий.

Примеры отступничества от иудаизма можно найти в 3 Книге Маккавеев. Некоторые иудеи, прельщенные обещанием Птолемея IV дать гражданские права тем, кто «пожелает жить по обрядам языческим», «презрев отечественное благочестие, поспешно передались» (3 Макк 2:20–24). В той же 3 Книге Маккавеев упоминается Досифей, «родом иудей… изменивший закону и отступивший от отеческой веры» (1:3). Этот Досифей стал писцом и жрецом при дворе Птолемея III и Птолемея IV (CPJ, I, 127, a–e). Он сделал хорошую карьеру: между 240 и 224 гг. до н. э. он был гипомнематографом, одним из двух главных секретарей, Птолемея III, и сопровождал его при поездке в Фаюм, на 25-м году его правления Досифей — жрец-эпоним Александра Великого и божественных Птолемеев в Александрии. Еще один подобный пример — Тиберий Юлий Александр, племянник Филона Александрийского. Он «не остался верен древним традициям» (Jos. AJ, XX, 100). Тиберий Александр был прокуратором Иудеи (46–48 гг.), а затем префектом Египта (66–70 гг.), перешел на сторону Веспасиана и в конце Иудейской войны был ближайшим помощником Тита. Наконец, Иосиф Флавий рассказывает о некоем иудее Антиохе, который во время Иудейского восстания объявил о перемене своего образа мыслей и о презрении ко всему иудейскому. Этот Антиох обвинил собственного отца и других иудеев в том, что они решили сжечь весь город. Когда в самом деле произошел пожар, Антиох начал настоящее гонение, но в итоге выяснилось, что это было «делом рук нескольких погрязших в долгах негодяев, которые вообразили, что если они истребят здание совета и общественный архив, тогда к ним нельзя будет предъявить никаких требований» (Jos. BJ, VII, 46–52). Борьбе с отступничеством посвящены пассажи в сочинениях Филона Александрийского (De ben., 182; De praem., 152 et al.) и Иосифа Флавия (AJ, IV, 126–155; VIII, 190–198).

Отступники среди христиан упоминаются уже в Новом Завете, о них говорят Плиний Младший, «Пастырь» Герма, «Апокалипсис Петра». Это было вызвано в первую очередь гонениями со стороны римских властей. Случаи отступничества хорошо известны нам по агиографической литературе и сочинениям апологетов. Особенно здесь нужно выделить «Послание о лионских и виеннских мучениках» (177 г.), где описание незавидной судьбы отступников должно было удержать стальных христиан от этого шага. Отступничество не помогло отрекшимся, так как их тут же обвинили в обычных уголовных преступлениях, но они лишились возможности спасти душу (Eus. HE, V, 1, 33). Единственной надеждой для них было передумать и вновь исповедовать себя христианами, причем часть отступников, к удивлению язычников, так и поступила. Интерес представляют «Мученичество Пиония» и трактаты и письма Киприана, сообщающие об отступниках при гонении Деция.

Отличие античных культов от иудаизма и христианства состояло в том, что ни один из них не претендовал на монопольное обладание истиной, хотя различные течения и конкурировали, в первую очередь, в привлечении последователей. Истинность и могущество божеств других традиций не оспаривались, и язычникам не составляло труда признать божественность и Бога иудеев, и Христа. Можно вспомнить рассказ о ларарии Александра Севера, «где у него… был и Аполлоний, а также, как рассказывает историк его времени, — Христос, Авраам, Орфей и другие подобные им» (SHA. Alex. Sev., 29), оракул Гекаты о Христе, процитированный Порфирием в «О философии из оракулов», наконец, многочисленные упоминания Яхве и Христа в магических папирусах. Тем не менее, у нас есть несколько интересных случаев отступничества среди язычников. Первый — это Перегрин-Протей, герой Лукиана, второй — философ Порфирий.

А. Д. Нок говорит о сходстве философской и религиозной жизни в античности, и, пожалуй, это было так. История философии тоже знает своих отступников и ренегатов. Диоген Лаэртский рассказывает о том, как «Тимократ… учившийся у Эпикура, но потом покинувший его, говорит… будто Эпикура дважды в день рвало с перекорму и будто сам он еле-еле сумел уклониться от ночной Эпикуровой философии и от посвящения во все его таинства… что в рассуждениях Эпикур был весьма невежествен, а в жизни — еще того более» (DL, X, 6–8). Были и другие отступники. Так, Метродор Стратоникейский «перебежал к Карнеаду едва ли не оттого, что тяготился безмерной добротою своего наставника (Эпикура — А. П.)» (X, 9–11), а Сильпон Мегарский основал собственную школу и обратил в свою философию многих приверженцев других школ (II, 113).

Мотивы всех этих отступничеств были различны, но можно найти и немало общего. Часть вполне объяснима напряженными отношениями между небольшой группой и остальным миром: такое поведение было вызвано социальными и политическими амбициями и стремлением перестать быть членом преследуемого меньшинства, что особенно обострялось во время антихристианских гонений или неудач антиримских иудейских восстаний. Затем, это текущая конъюнктура — обстановка ненависти по отношению к этим «врагам рода человеческого» и желание получить максимум от перемены взглядов. Нужно указать на важность полученного греческого образования, дававшего фундамент для новой идентичности. Большое значение имели и личные мотивы — стремление к славе, власти и популярности, бунт против родителей и старшего поколения учителей и традиционалистов, социальные связи, предыдущий религиозный опыт и сомнения в выбранном образе жизни.


*  Исследование выполнено при поддержке РФФИ ОГОН, проект № 15-31-01260 «Ран­не­хри­с­ти­ан­с­кая агиография в контексте позднеантичной культуры».

© Платоновское общество, 2017 г.

НАЗАД К СПИСКУ КОНФЕРЕНЦИЙ