Платоновское философское общество
Plato
О нас
Академии
Конференции
Летние школы
Научные проекты
Диссертации
Тексты платоников
Исследования по платонизму
Справочные издания
Партнеры
Интернет-ресурсы

МОО «Платоновское философское общество»

НАЗАД К СОДЕРЖАНИЮ

СЕРОВ НИКОЛАЙ ВИКТОРОВИЧ

СЕМАНТИКА ЦВЕТА В ТРАДИЦИОННЫХ КУЛЬТУРАХ

Специальность - 24.00.02
историческая культурология

автореферат диссертации на соискание ученой степени
доктора культурологических наук

Санкт-Петербург 1998

Работа выполнена на кафедре
философии культуры, этики и эстетики
философского факультета
Санкт-Петербургского государственного университета.



Официальные оппоненты:
доктор философских наук, профессор
Т.В.Горбунова;
доктор философских наук, профессор
А.С.Кармин;
доктор философских паук, профессор
В.В.Селиванов

Ведущая организация:
Санкт-Петербургская ордена Дружбы народов
государственная Академия культуры

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования связана с определением цвета как одного из специфических сигнификатов и сущностных свойств культуры. Так, в XX веке возникают цветовые денотаты (государственные флаги, форменные одежды, операторские пульты и т.п.) и сигнификаты определенных групп общества («красные», «белые», «коричневые», «голубые» и т.п.). Несмотря на связь с реальной, то есть цветовой социокультурной средой человека, эти цветовые референты до настоящего времени не получили однозначной семантической интерпретации в культурологии. Вместе с тем, во многих областях гуманитарных наук, изучающих различные аспекты взаимодействия человека с окружающей цветовой (социальной и природной) средой констатируется отсутствие междисциплинарного исследования цвета в культурологии.

К примеру, представляющая теоретический и практический интерес, проблема цветовой символики разрабатывается в семиотике, эстетике, искусствознании, в этнологии, в аналитической, дифференциальной и функциональной психологии и т.д. Так, практически во всех исследованиях по цвету, предназначенных для. архитекторов, художников или декораторов, организующих цветовую среду общества, неоднократно предпринимались попытки анализа символических значений цветов и закончились субъективно заданными рецептами авторов.

Состояние разработки проблемы. Успешный анализ связей культурологических представлений с результатами указанных областей человекознания предполагал их рассмотрение и анализ в рамках целостного подхода при определении роли цвета в современной культуре. Однако это оказалось невозможным в связи с отсутствием единого представления как о цвете, так и о интеллектуальных функциях человека. Для преодоления этой проблемы, с одной стороны, были привлечены результаты исследований, в которых проводился анализ интеллекта и взаимодействия индивида с обществом, а, с другой, исследования роли цвета в мифах и ритуалах традиционных культур. Укажем на получившие широкое научное признание работы С.С. Аверинцева, М.М. Бахтина, В. Вундта, В.В. Иванова, М.С. Кагана, И.С. Кона, К. Леви-Стросса, А.Ф. Лосева, Ю.М. Лотмана, Е.М. Мелетинского, П.В. Симонова Дж. Фрезера, 3. Фрейда, К.-Г. Юнга.

Культурологическое осмысление результатов исследований этих и других ученых было проведено на основе единой методологии, что позволило расширить рамки известных воззрений на роль цвета в культуре и вместе с тем подтвердило плодотворность междисциплинарных связей.

Объект исследования представлен традиционными культурами, сохранившими в культурологической системе знаний информацию о функциональных свойствах адекватных цветовых референтов.

Аппаратом исследования в связи с этим являлся цвет как присущий реальному миру знак культурологической информации, закономерности взаимодействия которого с человеком и обществом выражены в корреляции общественных функций индивида с хроматическими характеристиками его интеллекта и формализованы в обобщающих планах и размерностях анализируемых систем.

Целью исследования, проведенного в диссертации, являлся целостный культурологический анализ закономерностей информационного взаимодействия между человеком и обществом в реальной цветовой среде социокультурного окружения, что предполагало построение адекватной модели взаимодействия цвета и человека, с помощью которой могли быть преодолены вышеуказанные трудности.

Для достижения указанной цели работы были поставлены следующие исследовательские задачи:
— выяснение характера связей репрезентативной цветовой информации с основными культурологическими представлениями;
— анализ содержания и объема понятий, принятых для анализа этих представлений с разработкой единого тезауруса междисциплинарного исследования;
— отбор материала по критерию репрезентативности (включая культуры, периоды, теории и опытные данные), который наиболее четко показывал исследуемые закономерности.

Решение указанных выше задач проведено на материалах архаичных и традиционных культур, а также мифологии и общественной мысли Древней Греции, поскольку в них обнаружено четкое проявление закономерностей связи между индивидами и цветом как информационным индикатором стабильности общества. Разработка этой парадигмы, вообще говоря, привела к созданию единой хроматической методологии (хроматизма как междисциплинарного исследования) для изучения принципов организации и функционирования систем любой степени сложности.

Методология исследования цветовых закономерностей в традиционных культурах основана на апробированных (в антропологии, этнологии и психологии) методиках системно-функционального анализа. Системное моделирование репрезентативных объектов изучения этих наук опиралось также на принцип относительного детерминизма, выявленный нами в 1970-е годы при анализе размерностей и изучении естественнонаучных закономерностей функций цвета в теории электромагнитного поля, физической и физиологической оптики, спектроскопии и колориметрии. Методологической основой диссертационного исследования поэтому являлись принципы системно-функционального анализа в относительно детерминистическом сочетании с методами сравнительного анализа культурологических баз данных по цвету. Это сочетание позволило выявить семантику цвета в традиционных культурах путем системного представления культурологических функций цвета в семиотике, этнологии, археологии, истории искусства на едином методологическом основании, названном нами хроматизмом от древнегреческого термина «хртацсх» цвет как идеальное, психическое; краска как материальное, физическое, физиологическое; чувство как их отношение, к примеру, проявляющееся и во внешнем мире, и в синхронной окраске кожного покрова и т.п. Как следует из определения, конвертируемые языки описаний этой триады (цвет, краска, чувства) являются единственной хроматической категорией, присущей всем наукам о человеке в обществе.

Научная новизна исследования определена относительной неразработанностью вопросов о закономерностях связей культурологии с реальным существованием индивида в конкретной цветовой (социальной и природной) среде. В данном исследовании впервые разработан концептуальный аппарат для культурологического анализа связей между индивидом и обществом на основе хроматизма как междисциплинарной методологии моделирования сложных систем с помощью цвета. Предложенная методология проверена на большом количестве культурологического материала и подтверждена возможностью построения единой науки о цвете и человеке в цветовой (социальной и природной) среде: систематизация и анализ экспериментальных и теоретических данных по цвету позволили представить их общность в рамках единого культурологического подхода, основанного на информационно-энергетических свойствах цвета.

Научно-практическая значимость работы состоит в последовательном анализе принципов существования реального человека (гендер) в реальной цветовой среде с обоснованием выявленных закономерностей на основе большого количества эмпирического и теоретического материала. Результат проведенного междисциплинарного исследования сущностного характера цветовосприятия представляет многим областям науки о человеке возможность создания как соответствующих теоретических построений, например, теории информационного взаимодействия индивида и общества, или принципиально новой идеологии искусственного интеллекта, так и конкретных методик, сводимых например, к адекватному цветовому оформлению окружающей среды методами прикладной эстетики, дизайна, рекламы и т.д. В этом направлении могут быть сделаны глубокие обобщения и выводы относительно социокультурного характера цветового воздействия среды на человека с использованием методологии хроматического анализа для анализа сложных саморазвивающихся систем.

Практическое значение исследования состоит также в том, что полученные результаты могут быть использованы как в высшей школе при чтении ряда культурологических тем, так и в актуальных исследованиях закономерностей информационного взаимодействия между реальной цветовой средой существования человека и конкретным обществом.

Апробация работы и публикации. Теоретические и методологические положения, а также выводы диссертации были апробированы в выступлениях на пяти международных конференциях (Казанский Государственный Технический Университет, 1996 г., Государственный Эрмитаж, 1997 г. и Философский факультет СПбГУ, 1997 г. и др.). Полученные результаты периодически докладывались на научных семинарах кафедр СПбГУ и РГПУ, а также представлены на научных и научно-практических конференциях по теме исследования. Публикации по теме диссертации составляют свыше 70 печатных листов.

Структура диссертации была определена междисциплинарным характером исследования, исходя из которого с культурологических позиций были проанализированы закономерности взаимодействия цветовой информации с индивидами в различных обществах.

Первая часть диссертации, включающая введение и две главы, посвящена обзору современного состояния культурологии цвета и классификации цвета по определенным параметрам культурологических объектов в связи с необходимостью проведения корреляции между цветом, интеллектом и обществом.

Во второй части работы (третья пятая главы) исследованы особенности цвета с позиций взаимодействия между членами общества. В связи с этим проведен анализ уровней цветовосприятия, представленных на примере хроматической модели интеллекта с подразделением по условиям жизни, тендеру, типу темперамента и другим граничным условиям. Третья часть работы посвящена информационным аспектам изучения семантики цвета.

Основные результаты, выводы, список использованной литературы и публикации соискателя по теме диссертации помещены в заключении; обобщения конкретных результатов в виде схем и таблиц сведены в приложениях. Таким образом, структура работы отвечает цели и вытекающим из нее задачам диссертации.

СТРУКТУРА И ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

В первой части исследования освещены основные принципы изучения и представления цвета в различных областях культурологического знания о взаимодействии цвета и человека. Анализ состояния вопроса показал возможность описания специфических форм выразительности цвета, что позволило сделать выводы относительно происхождения единства их символического характера и/или причин их весьма близкого употребления в различных культурах.

Задача о выяснении вида информации, которую несет в себе тот или иной цвет (в зависимости от уровня его осознанности в данном обществе) непосредственно соприкасалась с проблемой интеллекта. Анализируя роль информационного аспекта в функционировании интеллекта, авторы многих работ пришли к выводу, что эффективное информационное исследование интеллектуальной деятельности обязательно требует ее системного представления. В данном исследовании это требование было осуществлено на уровне функционального анализа всех компонентов интеллекта от бессознательных аффектов и эмоций до сознательного восприятия окружающей действительности.

Вместе с тем известная неадекватность эмоционального восприятия человека человеком при существенном дефиците осознаваемой информации ставила вопрос о создании интегрального подхода, который позволил бы свести воедино оба вида информации при моделировании интеллекта. В связи с этим нами были установлены пределы использования такого (общего для всех областей естество- и человекознания) информационного критерия как цвет, чтобы выявить реальные возможности создания единой хроматической концепции в культурологии. Так, если с физической точки зрения все измерения цвета понимаются как независимые от глаза, ощущения и восприятия, то с психофизической точки зрения цвет изучается уже как реакция зрительного механизма в заданных конкретных условиях, т. е. на уровне цветоощущения. Психология, в свою очередь, учитывает не только ощущение, но и внимание, отношение наблюдателя к воспринимаемому объекту, т. е. факторы, которые не могут быть учтены при психофизических измерениях и расчетах. И, наконец, психолингвистика изучает закономерности преобразования вышеуказанных уровней цветовой информации в цветообозначениях, которыми, как правило, и оперирует общество для адекватного отображения цвета в предметной деятельности. В целях единства изложения нами были приведены обобщающие определения, которые на основе целостного системного представления и логического триединства понятия "хрома" объединили семантику, принятую в различных разделах наук о человеке.

Указанные выше данные и вытекающие из них выводы позволили перейти к основным принципам методологии. Так, реальность цветомоделирования развивающихся систем (любой заданной степени сложности) выявилась после анализа следующих предпосылок.

При нормальных условиях, информационно-энергетическое взаимодействие цвета с человеком может осуществляться одновременно на трех уровнях интеллекта: а) сознательном (дорожные, сигнальные и другие конвенциональные знаки), б) подсознательном («красный отвага, синий разум» и другие ассоциативные сигнификаты) и в) бессознательном (красный ускоряет пульс, синий замедляет и другие типы воздействия цвета). Это связано с известной в нейрофизиологии аксиомой, согласно которой мышление человека основано в наибольшей степени на зрительном восприятии и любой, даже самый элементарный акт зрения нередко рассматривают как акт мышления; поэтому адекватное описание мира на трех указанных уровнях интеллекта осуществляется прежде всего благодаря зрению.

Параллельное изучение кодирования мыслительных процессов выявило в глубоких структурах мозга (наряду с энергетическими) наличие информационно-специфических звеньев в системе обеспечения интеллектуальной деятельности. С возникновением когнитивного подхода утвердилась традиция рассматривать мышление как процесс циркуляции информации в гипотетических блоках ее восприятия, переработки и хранения. В теории динамических смысловых систем эта традиция представлена динамикой развития взаимоотношений составляющих ее компонентов: сознания, подсознания и бессознания, что дало достаточные основания для включения в интеллект, наряду с сознанием и подсознанием, эмоциональных функций бессознания.

В самом деле, непознаваемость всей информации сознанием предполагает наличие в интеллекте еще как минимум двух компонентов. Это, во-первых, подсознание, которое могло бы охватить неосознаваемые аспекты информации в виде образов. И, во-вторых, бессознание, которое на гомеостатическом уровне могло бы регулировать функционирование организма со стороны нервной системы и, вместе с тем, участвовать в переработке какой-то части неосознаваемой информации in внешней среды, например, в виде цветоощущения, для обеспечения адекватного гомеостазиса. Указанные в таблице 1 компоненты интеллекта для удобства междисциплинарной формализации принято обозначать соответствующими планами (М, Id, S), основанными на естественной природе интеллекта (MIdS) «автоматизированной» (по уровням) переработки информации: все объекты М-плана дают максимум «воплощенной» (опредмеченной, вербализованной, материализованной и т.п.) информации по сравнению с минимумом S-плана; Id-план занимает промежуточное место как уровень «информации-в-себе». Как показано далее, все заданные системы (включающие и гуманитарные представления) могут быть формализованы в этих кодах с помощью автоматически воспринимаемого цветового алфавита благодаря цветовому телу.

Бессознание Подсознание Сознание
природное, базово-органическое, биологическое культурное, образно-логическое, творчески-человеческое общественное, формально-логическое, социально-обусловленное
аффекты, ощущение, интуиция эмоции, чувства, рождение идей форма, понятие, опредмечивание идей
стволовые отделы и подкорка правое полушарие и подкорка левое полушарие и кора головного мозга
цветоощущение цветовосприятие цветообозначение
S-план Id-план М-план

Таблица 1. Триадное подразделение интеллекта


Следует оговорить, что наше обращение к таким относительно сложным системам цветопередачи, как мифы и ритуалы в культурах первобытного общества, определялось их много большей доступностью для моделирования, поскольку эти ранние системы позволяли легче уяснить раскрытые нами принципы их триадного построения, которые в известной мере сохранялись и на следующих этапах развития. Эти принципы были раскрыты нами при анализе семантических полей фокусных цветов в мифах и ритуалах традиционных обществ на основе данных, накопленных культурологией к настоящему времени.

В связи с этим отмечено, что периодически появляющееся в литературе смешение цветовых представлений и их интерпретаций без четкого критерия соотнесения с известными архетипами подтвердило указываемую в литературе относительную неразработанность концепции "архетипа" и позволило использовать понятие сублимат как более характеристический термин для обозначения определенных сторон неосознаваемой информации. Как показано в таблице 2 на примере различных типов обобщений, сублимат является характеристическим свойством архетипа, которое имеет определенный десигнат в виде апертурного цвета; содержание соответствующих планов MIdS было представлено в табл.1.

Предмет Обобщение   Уровень обобщения  
(вид) (РОД) Тип Носитель MIdS
клен, ель... дерево абстракция слово.звук М
кровь, огонь... красное архетип сублимат апертурный цвет Id
сахар, мед... сладкое вкус, запах молекулы S

Таблица 2. Уровни обобщения информации


Структурный подход в культурологии и этнологии привел к усиленным поискам общих закономерностей, на фоне которых существуют межкультурные различия. С этой точки зрения мифы являются семиотическими системами первобытных обществ, а мифологическое, как коллективно-бессознательное мышление, способно не только к классификации по обобщениям в виде сублиматов, но и к своеобразному логическому анализу. Таким образом, известный тезис о том, что мифология является замкнутой символической системой, которая объединена не только характером функционирования в ритуалах и обрядах, но и единым для традиционных культур способом моделирования окружающего мира, полностью подтвердился в процессе исследования. Поскольку, кроме того, миф кодифицировал и оправдывал нормативы цветовых канонов санкцией на фиксирующие их обряды, которые представляли собой образцы традиционных ценностей для поддержания существующего общественного строя и магической веры, то было отмечено, что мифологическое восприятие окружающего мира вызывало у первобытного человека и стремление его обобщенного осознавания, и, вместе с тем, сугубо эмоциональную реакцию подсознания. Совмещение этих реакций, по-видимому, не могло не вызывать у первобытного человека ряд трудностей в связи с тем, что человеческий интеллект, связанный с ощущением, восприятием и представлением цвета, включает в себя осознаваемые и неосознаваемые функции, моделируемые соответствующими планами, представленными в таблице.

Предпринятый нами анализ цветовой семантики традиционных культур основывался поэтому на достоверно подтвержденном выводе о канонизированных цветах как традиционной основе, которой нельзя абсолютно свободно манипулировать с момента ее исторического возникновения.

Таким образом, как культурологические, так и хроматические представления о цвете связаны не с конкретикой известных определений (типом цветообозначений, физическими параметрами красочного отражения, видом того или иного ощущения, или воздействия и т.п.), а с обобщением всех вышеприведенных определений и возможностью их конкретизации в культурологии с помощыо цвета как природного междисциплинарного средства моделирования открытых информационных систем.

Нами было показано, что такие практически никак не связанные друг с другом традиционные культуры как Древний Египет и Китай имели единые или весьма близкие цветовые сигнификаты, адекватно описывающие особенное представления интеллекта в его диморфизме. Так, например, если в Египте, на Крите и в Греции красным цветом в скульптуре и фресковой живописи обозначалось мужское тело, а желтым женское, то в традиционном Китае красному цвету отвечал мужской принцип ян, а желтому женский инь. Аналогичное единство представлений было выявлено нами и для остальных цветов, представленных в таблице 3.

По-видимому, семантика цвета является основной культурологической характеристикой, объединяющей людей по естественному (для фило- и онтогенеза) семиотическому принципу цветового взаимодействия. Поскольку третья характеристика «хрома» (чувства, эмоции) предполагает, что отношение подсознания к бессознанию проявляется прежде всею в цвете, то последний можно считать «неразделимым целым» между субъектом и объектом познания культуры.

Именно это положение предполагает, что через эмоциональное отражение действительности можно выявить семантику неосознаваемого воздействия цвета, которое по Юнгу, заключено в представлениях коллективного бессознательного, влияющего на глубину восприятия мира в цвете, канонизированном в традиционных культурах.

Цвет Каноны Культуры Интеллект MIdS
белый женский(инь) Др.Египет Китай и др. Сверхсознание М
серый мужской = (К + 3) Др. Египет Китай и др. Подсознание Id
черный женский(инь) Др.Египет Китай и др. Бессознание S
красный мужское тело, (ян) Др.Египет, Китай, Индия и др. мужское бессознание S(m)
желтый женское тело, (инь) Др.Египет, Китай, Индия и др. женское бессознание S(f)
зеленый Осирис, мужской (ян) Др.Египет, Китай, Индия и др. мужское самосознание M(m)
голубой женский (инь), «сердца дев» Др.Египет, Китай,инки, ацтеки др. женское подсознание Id(f)
фиолет Вишну, Лель (мужской) Китай, Индия, Россия, ацтеки и др. мужское подсознание Id(m)
пурпур Id- София, Достоинство матери Иудея, Византия, Россия и др. женское сверхсознание M(f)

Таблица 3. Канонизация цветовой семантики в традиционных культурах


Во второй части исследования показано, что цветовая информация складывается из факторов, присущих в равной мере и передающему и принимающему объекту. Так. цвет окрашенной поверхности будет совершенно иначе восприниматься в случае известной принадлежности этой поверхности к знакомому предмету (предметный цвет) или, наоборот, в случае его принадлежности к незнакомому предмету, а также в случае безотносительности этого цвета к любому предмету.

К последнему примеру можно отнести апертурные цвета (безоблачного неба, рассматриваемого через светофильтры, квазимонохромное освещение тумана, представление цвета в воображении с закрытыми глазами и т. п.). В этих случаях появляется отсутствие локализации цветов на каком-либо расстоянии от нас они занимают все "видимое" пространство и в то же время не занимают его вообще в сравнении с цветами, локализованными на знакомой поверхности. Это свойство цвета встречается в мифах, где божества или культурные герои обитают в пространстве и вне пространства, во времени и вне времени (буквально как во сне).

Показательно, что мифы совершенно разных стран, времен и народов имеют множество идентичных значений или, говоря словами Юнга, «единое архетипическое содержание». Это свойство мифов было соотнесено со свойством глаза воспринимать одинаковыми метамерные цвета, которые в действительности имеют различный спектральный состав. Поскольку этим свойством в интеллекте характеризуется и бессозпание (связанное со стадией цветоощущения), и подсознание (отвечающее за процесс собственно цветовосприятия), то изучение корреляции между архетипами и сублиматами, образуемыми указанными компонентами интеллекта, привело к более определенному содержанию юнговского представления как об архетипах, так и о коллективном бессознательном.

Таким образом, компоненты интеллекта представляют четкий критерий подразделения и, следовательно, интерпретации цвета в случаях включения этих значений в один цвет, например, в различных культурах.

Можно сказать, что и образ, и цветоощущение приобретают значимость для интеллекта лишь в том случае, если входят в систему образов, образующих в подсознании модель мира. Мы подчеркиваем подсознательное формирование и образов и модели мира, поскольку к настоящему времени в науке накоплено достаточно доказательств в пользу того, что и зрительные и более сложные (к примеру, сновидные) образы организуются на неосознаваемом уровне функционирования интеллекта.

Язык неосознаваемых и, в частности, мифологически-символических действий в онто- и филогенезе предшествует словесному языку, то есть служит базой для усвоения последнего. Об этом говорят миллионы невербализованных сублиматов как чувств, так и оттенков различных цветов в сравнении с несколькими десятками (максимум сотней) вербализованных. Эта ограниченность сознания, функцией которого является вербализация, взаимосвязана с тем, что "лингвистический" язык далеко не все и далеко не адекватно отображает в окружающем мире, нередко оставляя достаточно широкое толкование сигнификатов относительно собственных денотатов.

Вербализационные возможности интеллекта определяются субъектно-объектными отношениями между впервые выделившимися из природы активными субъектами действия, а следовательно, и необходимостью в осознании того или иного взаимодействия между ними. В первую очередь могли вербализоваться такие свойства субъектов, о которых следовало информировать друг друга первобытным людям для продолжения жизни и т.п. Вместе с тем, из ограниченности поля цветообозначений в сознании никак не следовал вывод, что логическое мышление (свойственное сознанию) является менее совершенным, чем свойственное подсознанию чувственно-образное мышление; они тесно взаимосвязаны и не могут существовать один без другого. В филогенезе же, при условии исторического становления сознания, и проявлялась та мифотворческая сторона подсознания, которая цветом предмета характеризует не столько предмет, сколько его свойства, а они уже распространяются на свойства и отношения самих предметов.

Наиболее явным образом эти отношения были представлены в "нетрадиционной" медицине традиционных культур Востока, где цветом характеризуются не только функциональные свойства (так называемые поля) организма, но и внутренние органы. Представленное в таблице 4 соответствие между цветом (семантически канонизированным в традиционных культурах) и "полями" Востока позволило выявить в хроматической модели интеллекта (MIdS) достоверное подразделение по тендеру (f, m) для нормальных условий существования индивидов и общества.

Цвет поля Восточная медицина («поле») Хроматизм (функции) N MIdS
П мышление правосознание M(f)
Ф зрение подсознание. Id(m)
С интуиция религиозность Id(n)
г слух подсознание Id(f)
3 речь, сознание самосознание M(m)
ж осязание бессознание S(0)
o вкус пищеварение S(n)
к обоняние бессознание S(m)

Таблица 4. Соответствие между медико-философской концепцией Востока и функциональным подразделением интеллекта по тендерным характеристикам в хроматизме


Это подразделение подтвердилось известными цветопредпочтениями разных полов, выявленными в работах по дифференциальной и функциональной психологии индивидами разных темпераментов и представленными в таблице 5.

Направленность Экстраверты   Интроверты  
Темперамент Холерики Сангвин. Флегмат. Меланх.
Любимые цвета Красный Желтый Зеленый Синий
Главные черты ярость веселье покой грусть
Женщины 24,5 12,5 19,5 43,5
Мужчины 29,5 11,5 22,5 36,5
Различие -5,0 +1,0 -3,0 +7,0

Таблица 5. Природное различие «полов» по темпераментам, в %

В современном цветоведении дискутируется проблема своеобразной узости цветовой гаммы древних и архаичных обществ в связи с тем, что отдельные факты приводили некоторых исследователей к выводам о неполноценности цветового зрения древних. Однако наши исследования традиционных культур свидетельствуют о полноценности цветового зрения их создателей и хранителей. Множество свидетельств археологов и этнографов также позволяют предполагать, что закономерность освоения и вербализации цветов по мере развития общества осуществлялась преимущественно двумя путями, которые мы выявили в данном исследовании.

Однако последние работы по семантике цвета наглядно показывают каким образом рассмотренная многозначность цветовых значений может завести в тупик научную мысль. Так, в частности, установив, что цвет является примером субъективности и метафоричности, Ч. Рилей в монографии 1995 года, казалось бы, пришел к логическому выводу, что полисемантичность цвета в силу многозначности способов его кодирования предполагает в цвете и символику свободно перетекающего смысла и, по мнению Рилея, не дает объективных оснований для его изучения.

Поэтому проблеме полисемантического характера цвета, в соответствии с поставленными культурологическими задачами, было уделено особое внимание при проведении хроматического анализа цветовой семантики традиционных культур, периодов времен, направлений в пространстве, интеллекта, объектов гендерной проблемы, а также общественной символики. Следует подчеркнуть, что благодаря цвету (наряду с размерностями и планами) появилась реальная возможность не только качественного, но и количественного моделирования пространственно-временного континуума.

Цвет черный серый белый
Душа «конь черный» бессознание «возничий» подсознание «конь белый» сознание
направление:
вертикальное
горизонтальное:
внешнее
 
низ,
 
левое
 
центр
 
центр
 
верх
 
правое
Время будущее настоящее прошлое

Таблица 6. Культурологические соотношения между цветом, интеллектом и пространственно-временным континуумом


Сохранившиеся документы по предметным цветам и их отображению в произведениях искусства древних обществ позволили нам провести хроматический анализ их семантики и сделать выводы о соотнесении цвета с различными денотатами. Это связано с тем, что трактовка цветовой символики может базироваться на теории коллективного бессознательного как синтеза индивидуальных черт личности и всесторонне наследуемой информации в виде архетипов.

Основываясь на «структуре цвета» как его «объективном смысле» и благодаря проведенным соответствиям между явлениями природы, изображаемыми в цвете традиционными культурами, выявлено, что обычно наделяемые символикой предметные цвета геометрических фигур, стихий, первоэлементов и др. воспроизводились при переходе от культуры к культуре достаточно редко. Более частое воспроизведение символических значений цвета в разных культурах наблюдалось при изображении астрономических, астрологических и географических представлений (планет, знаков Зодиака, времен года, и др.), что так же, как и в первом случае, нередко является предметом спекуляций так называемой эзотерической литературы из-за отсутствия критериев соответствия.

Наиболее характерным, документально воспроизводимым и эмпирически обоснованным оказалось символически-цветовое (строго говоря, хроматическое) описание периодов времен, а также раскрасок, одежд и ритуальных украшений, которые достаточно надежно коррелировали с функциями пространственно-временного континуума, интеллекта и чертами характера богов и людей в их социокультурном диморфизме при учете соответствующих (нормальных или экстремальных) условий жизни.

Третья часть диссертации была посвящена проблеме междисциплинарного изучения интеллекта и цвета как культурологических объектов исследования. Поскольку признание цвета адекватным междисциплинарным языком позволило перейти к моделированию естественного интеллекта, то нами была проведена корреляция между моделирующим интеллект кругом цветов, типологией Юнга, так называемым «кругом Айзенка», и «основными цветами» 8-цветового теста Люшера. Так как ранее нами было показано соответствие этих цветов определенным компонентам интеллекта, то данная корреляция позволила выявить вклад каждого из компонентов в данный тип темперамента при нормальных условиях существования общества.

Цвет Функциональная психология Цветовой тест отношений Хроматизм (N-условия)
Б выражение освобождения от сопротивления —. 1. Сознание 2. Материнское 3. Прошлое
ср. Сер отсутствие психических тенденций пассивный, расслабленный вялый 1. Подсознание 2. Отцовское 3. Настоящее
Ч отрицание, вытеснение, небытие молчаливый замкнутый независимый 1. Бессознание 2. Женское 3. Будущее
оК энергичная активность, лидерство энергичный напряженный уверенный мужское бессознание (аффекты)
Ж радость, расслабление, восприимчивость разговорчивый общительный, открытый женское бессознание (аффекты)
сЗ волевое усилие, самовыражение самостоятельный, черствый невозмутимый мужское самосознание (Я-концепция)
тС состояние покоя, эмоциональная стабильность честный, добрый, справедливый 1(Г)+пт(Ф) подсознание (чувства)
фП интуитивное понимание, эмоциональность самостоятельный, неискренний женское сверхсознание (право +интуиция)

Таблица 7. Семантика цветов Люшера, согласно репрезентативным тест-опросам в современной культуре


Это позволило сделать вывод о том, что тип темперамента обусловлен с одной стороны, нейродинамической организацией головного мозга и структурно-динамическими особенностями организма, а с другой, соответствующими доминантами, которые позволяют определять тип темперамента по предпочтительному выбору цветов индивидом в обществе при строго заданных уcловиях, где условия подразделяются на нормальные и экстремальные состояния интеллекта.

Анализ эмпирического материала и теоретических разработок в определенных областях человекознания показал, что введенное представление позволило выявить сущностные свойства цвета, связанные с тендером как социокультурным диморфизмом человека.

Впервые обобщения по цвету были выявлены античными авторами, которые показали возможность распространения хроматических обобщений на многие культурологические представления (Табл.2–8). Так, в частности, нами был проведен детальный хроматический анализ зеленого и пурпурного цветов, вызывавших наибольшие разночтения среди исследователей символических аспектов цветового языка (Бычков В.В., Миронова Л.Н. и другие) и показано, что зеленый характеризует архетипические черты мужского самосознания (Осирис, ян и т.п.), а пурпурный женского сверхсознания (Дева Мария, София и т.п.). Достоверность этого отнесения была подтверждена данными функциональной психологии, представленными в таблице 7.

Таким образом, три культурологические базы данных (медицина Востока, цветовые каноны традиционных культур и частично данные функциональной психологии современной культуры Запада) показали практически идентичные результаты, что было интерпретировано нами как базирующееся на природной основе единство архетипической семантики цвета преимущественно в традиционных культурах. Хроматическое моделирование указанных сторон бытия и мышления позволило, в частности, установить связь между юнгианскими представлениями о биогенетическом наследовании архетипов и кагановской концепцией социального наследования информации как памяти культуры.

Платон Конь черный (бесстыжий) «Возничий» Конь белый (совестливый)
Фрейд Бессознательное хранилище вытесненного Пред- и под сознательное способное осознаваться. Сознание социо-культурные установки
Фрезер Черная нить магии (Красная нить религии) Белая нить науки
Юнг Коллективное (отражает архетипическое, филогенез) бессознательное (отражает личное, приобретенное в онтогенезе) Сознание индивидуация в процессе интеграции и адаптации
Люшер Черный агрессивная динамика Серый – сдержанность стремление к стабилизации Белый социальная обусловленность (аффекты)
Каган Природа биологическое, окружающее Культура опредмеченное, распредмеченное Общество социальное наследование (аффекты)
Серов Черный интуиция и женское бессознание Серый творческое мужское подсознание Белый интуиция и сознание матери

Таблица 8. Соответствия между бытием, интеллектом и ахромными цветами в истории науки


Рассмотренные нами принципы образования цветовосприятия и цветообозначений позволили выявить два принципиально различных вида обобщения. С одной стороны, в науке и/или в философии принято доводить осознанное формально-логическое объединение «однородных» предметов до вербализуемой на понятийном уровне и не всегда представимой («бесцветной») абстракции. С другой стороны, в цветовом образе проявляется единство индивидуально-конкретного (апертурный цвет конкретен, так как точно передает цвет конкретных предметов в полном «отрыве» oт них) и обобщенно-исторического (апертурный цвет не конкретен, так как включает в себя цветовые характеристики множества предметов, функции которых поддаются не абстрагированию сознанием, а хроматическому обобщению, то есть сублимации подсознанием). При этом оба типа описания (абстракция и сублимация, табл.2) являются взаимно дополняющими, но не конвертируемыми контекстами, связанными с различием обоих видов обобщения по критерию мощностей контекстно-зависимых вариантов языка данной культуры: задание баз знаний по двум параметрам обобщения разнородных баз данных позволяет уплотнить семантическое пространство для достижения оптимальной мощности языка.

В этой же части проведен размерностный анализ использованных хроматических параметров. Как известно, естественнонаучные дисциплины отличаются от гуманитарных использованием систем измерения, которые позволяют получать достоверные (воспроизводимые) результаты. Эти системы, включая единицы и результаты измерений, принято записывать в формализованном виде (который соответствует понятийным представлениям) и в целях установления истинности получаемых формализованных высказываний и доказательств, в хроматизме был введен триадный критерий размерности величин, принципиально не зависящий от области знания в силу его обобщенно-семантического характера (аналогично инвариантности хроматических планов как неизменности их свойств по отношению к преобразованиям в различных системах анализа). Кодирование информации включает операцию отождествления знаков различных кодов в соответствии с базой знаний пользователя и устанавливает оптимальное алфавитное соотношение сигнификативных и денотативных характеристик, которое для передачи информации о состоянии и значимости денотатов включает прежде всего цветовой алфавит, предполагающий автоматизм восприятия.

Поскольку размерности являются абстракциями, а цвет и хроматические планы сублиматами, то их совокупность позволяет описать любой объект исследования по всем необходимым для создания рабочей модели параметрам. Так, трехмерный характер пространственных характеристик моделируется цветом: верх-низ ахромная ось цветового тела, право-лево зелено пурпурная ось цветового круга и т.д.

Таким образом, необходимая для электронной обработки формализация в виде планов определенных представлений, основана на естественной природе интеллекта (MIdS) «автоматизированной»(по уровням) переработки информации: все объекты М-плана дают максимум «воплощенной» (опредмеченной, вербализованной, материализованной и т.п.) информации по сравнению с минимумом S-плана; Id-план занимает промежуточное место как уровень «информации-в-себе». В нижней строке табл. 9 показано, что благодаря цветовому телу подлежащие изучению системы (включающие и гуманитарные представления) могут быть формализованы в кодах ([LIT], MIdS) с помощью автоматически воспринимаемого цветового алфавита.

Наличие же краски в триадной сущности «хрома» позволяет решать задачи континуального характера и, в частности, количественное моделирование времени через конкретные планы и цвета. Как можно вывести из таблицы 9, размерность абстрагируется в распредмечивании отображаемых величин, являясь их представлением как бы в снятом виде аналогично тому как отношения полихромных цветов конвертируются в сублиматы ахромных. С этих позиций размерность [ I ] оказывается характеристикой как объекта, то есть внешнего мира, так и мира внутреннего, то есть субъекта познания, что позволило нам непосредственно перейти к выделению понятия информации в естественном интеллекте.

Использование в настоящей работе присущих практически всем областям культурологии свойств хрома (цвет + краска + эмоции), соответствующих планов систем и хроматического анализа размерностей в качестве примера адекватного представления информации (по информационной теории эмоций Симонова) позволило выявить возможный механизм перехода информации из внешней среды на высший уровень интеллекта (сознание) с позиций эмоционального представления (подсознания). Хроматический анализ формальной записи этих уравнений показал, что размерность энтропии соответствует размерности информации, тогда как размерность психологической потребности размерности потенциала, что и объясняет собственно энергетическое представление (размерность) эмоций. Вместе с тем, согласно представлению об информации, объективно содержащейся во внешнем мире, можно получить размерностные соотношения для перерабатываемой (компонентами интеллекта) информации в пределах схемы Шеннона. В момент «передачи» информации внешней средой информация о цвете представляет собой энергию, по-видимому, в силу необходимости энергетического согласования каналов-кодов среды и бессознания. На уровне декодирования и приема этой информации бессознания подсознанием возникает чисто информационный процесс (в размерностном аспекте), возможно, связанный с биологическим соответствием каналов-кодов. И, наконец, на уровне получателя (в процессе обратного декодирования информации сознанием) возникает безразмерностный вид информации, что вероятно, связано с семантико-лингвистическими особенностями тезауруса, охватывающего всевозможные (разнородные, с позиций теории размерности) величины и явления в единстве их абстрактно-понятийного представления.

Полученные соотношения предполагают использование хроматического соответствия между компонентами интеллекта и резонансно взаимодействующими с ними цветами, и в частности, величинами стимульных и перцептивных цветов при учете оттенков цветообозначений, полученных в тезаурусе данной культуры.

Именно в этом нам видится устойчивость естественного интеллекта как системы, с обратной связью: подсознание оперирует сублиматами как «языком» много большей мощности (информационной насыщенности) по сравнению с абстрактным языком понятий, которыми оперирует сознание. Таким образом, можно полагать, что в интеллекте изначально возникает и развивается механизм отношений между осознаваемым (прозрачным) и неосознаваемым контекстами, который обладает практически всеми атрибутами системы представления знания. Строго говоря, указанные виды обобщения должны определяться никак не принципом исключенного третьего (или/или), а принципом функционирования естественного интеллекта (и/и) с выявлением доминант и/или динамики их взаимоотношений, определяющей актуальный вклад каждого из компонентов в заданный определенной культурой контекст аналоговых и пропозициональных функций.

Проведенный нами семантический анализ цвета в мифах и ритуалах традиционных обществ, а также в работах античных мыслителей показал, что по мере развития мифологических построений и их последующего философского осмысления частотность хроматических представлений сначала достигала максимума и затем резко убывала, коррелируя с известным положением о существовании двух этапов развития общества (созидания нового и его социальной фиксации). В связи с этим высказано предположение, что эта частотность может служить характеристическим критерием культурологической периодизации истории, отсутствие которого отмечалось критиками Тойнби, Сорокина, Шпенглера и др.

Итак, настоящее исследование показало, что применение хроматической модели интеллекта в культурологии позволило совместить множество опытных, экспериментальных и теоретических данных на основе единого представления о внутреннем цветовом пространстве человека, определенным образом взаимодействующим с цветовым пространством окружения.

Выводы

1.Проведенный анализ семантики цвета в мифах и ритуалах архаичных обществ, традиционных культур Востока и общественной мысли Древней Греции показал возможность создания базы знаний, которая может быть основана на архетипическом единстве представлений человека о внешнем мире

2.Систематизация информации, полученной в различных областях знания о цветовой символике традиционных культур, позволила конкретизировать междисциплинарное представление единой базы данных, последовательно включившей субъективные и объективные аспекты взаимодействия человека с окружающим миром социокультурной среды.

3.Путем установления междисциплинарной корреляции между интеллектуальными (психическими) функциями и репрезентативными цветовыми предпочтениями обнаружена закономерная связь между объектами культуры как внешним и интеллектом индивидов как внутренним цветовым пространствами.

4.Предпринятое исследование принципов хроматического анализа цвета как информации обосновало существование двух оппозиционно дополнительных типов обобщений (абстракции и сублимации) как результатов двух известных типов мышления (мыслительного и художественного, по Павлову).

5. Хроматический анализ архетипических представлений изученных культур в соответствии с анализом соответствующей цветовой семантики выявил сублимированный характер информации, наследуемой человеком в процессе филогенеза.

6.Установленная корреляция между цветовой семантикой сублиматов и ноуменальным смыслом архетипов позволила соотнести сублимированные (в частности, фокусные) цвета с характеристическими свойствами архетипических представлений человека.

7.Междисциплинарное изучение представлений о сублимированных цветах показало принципиальную возможность хроматического моделирования пространственно-временного континуума культурологических объектов исследования.

8.Установленная связь между объектом культуры и интеллектом индивида позволила конкретизировать трехкомпонентную модель интеллекта в его социокультурном диморфизме, что создало условия для формулировки тендерных проблем на научной основе.

9.Методология хроматизма выявила предпосылки для познания сущности цвета в пределах граничных условий существования культуры и индивида, что дало определенные основания считать цвет сущностным в его культурологическом представлении.


Публикации соискателя

1.О классификации формул физики на основе теории размерностей.// Труды 1 межвузрвской конференции по химии и физике твердого тела. — Л., ЛГУ, 1975, с.236-241.
2.Метод расчета молекулярных состояний.// Препринт ФТИ им. А.Ф. Иоффе АН СССР. Л., 1982, с. 1-47.
З.Хроматизм мифа. Л., "В.О.", 1990, 352 с.
4.Лечение цветом. Мода и гармония. СПб, «Лисе», 1993, 48 с.
5.Античный хроматизм. СПб, «Лисе», 1995, 478 с.
6.Сократ и софисты. // Сборник тезисов научной конференции «Интеллектуальная элита Античного мира». Исторический факультет СПбГУ, 1995.
7.Цвета Сократа. // Сб. «Апраксин блюз» СПб, 1996, N 4.
8.Человек Сократа. //Там же, 1996, N 5.
9.Мужчина и женщина: сознательное лидерство. //Там же, N 7.
10.Цвет как время, пространство и эмоции. // Ежемесячник «Петербургский рекламист», 1996, №11.
П.К вопросу о хроматическом моделировании эмоций. // Сб. тезисов научно практической конференции «Психология: итоги и перспективы». Факультет психологии СПбГУ, 1996. С. 38-39.
12.Платонова модель разума и методология хроматизма. // Материалы IV-й Платоновской конференции «Универсум платоновской мысли». Философский факультет СПбГУ, 1996. СПб.СПбГУ, 1997, с.140-148.
13.Методологические аспекты хроматизма и моделирование интеллекта. // Сб. тезисов международной научно практической конференции «Электроника, музыка, свет». Казань, К1ТУ 1996, с. 178-182.
14,Эстетика цвета. Методологические аспекты хроматизма. СПб, «ФПБ БИОНТ», 1997, 64 с.
15.Лечение цветом: мирское и религиозное. СПб, «КРИСМДС+», 1997, 108 с.
16.Символика и метафизика катарсиса. (Соавтор Мостепаненко Е.И.) // Материалы международной конференции «Перспективы метафизики. Классическая и неклассическая метафизика на рубеже веков». Философский факультет СПбГУ, 1997, с. 182-186.
17.Цвет как метафизическое обобщение. // Там же, с. 177-182.
18.Эмоции как параметр темперамента. // Тезисы научнопрактической конференции «Ананьевские чтения 97» Факультет психологии СПбГУ, 1997, с. 137-139.
19.К вопросу об уровнях переработки информации. // Сб.трудов международной школы-семинара по искусственному интеллекту (Браслав-97). Минск, 1997, с.251-252.
20.Хроматический анализ цветовой символики. //Тезисы докладов и выступлений международной научной конференции «Грани культуры» СПб, 1997, с.252-253.
21.Цвет как средство познания мира.// Сб.докладов международной конференции «Художник и философия цвета в искусстве» СПб, Государственный Эрмитаж, 1997, с.68-72.

Общий объем опубликованных работ соискателя по теме диссертации свыше 70 печатных листов.

НАЗАД К СОДЕРЖАНИЮ