Платоновское философское общество
Plato
О нас
Академии
Конференции
Летние школы
Научные проекты
Диссертации
Тексты платоников
Исследования по платонизму
Справочные издания
Партнеры
Интернет-ресурсы

МОО «Платоновское философское общество»

НАЗАД К СОДЕРЖАНИЮ

МАТЕРИАЛЫ 1-Й ЛЕТНЕЙ МОЛОДЕЖНОЙ НАУЧНОЙ ШКОЛЫ с. 131

Ю. А. Ротенфельд

ПРОБЛЕМА РЕКОНСТРУКЦИИ ДРЕВНЕГРЕЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ

Три типа мышления

Познавая мир, человеческий разум изначально вынужден был разделить его на части, в которых намечались более мелкие участки. Чтобы не заблудиться, надо было обозначить их словами, с помощью которых в языке разграничивались те или иные качества, закреплялись и накапливались представления о предметах и явлениях природы. Этот начальный процесс познания стал возможным потому, что он опирался на умение человека сравнивать вещи: отождествлять или различать их на основе отношений тождества и различия. На этой основе возникали классификационные (или качественные) понятия обычного разговорного языка, использование которых можно отнести к самому первому типу мышления, отражающему качественное многообразие мира. В современных языках классификационных понятий можно насчитать от ста до двухсот тысяч. Зародившись на заре цивилизации, этот тип языковых средств и соответствующий им тип мышления благополучно развивается и поныне. Им пользуются представители разных наук, люди высокой культуры: поэты, писатели, политические деятели, представители гуманитарных и социальных наук.

Следующий шаг связан с углублением познания за счет того, что в рамках одного и того же свойства, например, температуры, длины или тяжести можно также обнаружить различия. Это позволило выделить новое отношение, зафиксированное в понятиях "больше" и "меньше". Данное отношение еще в древности обозначили понятием " соотнесенное", поскольку сравнению подвергались объекты одного и того же свойства. Это отношение позволило переосмыслить мир в бинарных оппозициях и, кроме того, обусловило появление градации, выражающей изменение степени интенсивности того или иного свойства, что еще более расширило возможности познания.

Принимая меньшую величину в качестве единицы измерения, люди освоили операцию "счет", который обусловил появление нового класса языковых средств - количественных понятий. Причем, в более ранний период счет был ограничен двумя членами, т. е. для сравнения вещей достаточно было только двух понятий: "один" и "много". Тогда как позднее между ними стали появляться и другие числа: "два", "три", "четыре" и т. д. Постепенно складывался бесконечный числовой ряд, благодаря которому появилась возможность измерять отношение данной величины к однородной величине, взятой в качестве единицы измерения. Именно эти понятия формируют язык метрической науки, который отражает количественное многообразие мира, и они же, более чем классификационные понятия учат человека размышлять.

Итак, освоение мышлением всего лишь трех отношений, обусловленных операцией "сравнение" и выраженных в сравнительных понятиях: "тождественное", "различное" и "соотнесенное", обусловили появление речи и счета. Здесь надо заметить, что в отличие от классификационных и количественных понятий, которых в языке огромное множество, сравнительных понятий совсем немного. Но именно они позволяют, шаг за шагом, радикально изменять мышление, осмысливать во всем многообразии мира его единство.

Так, на смену мифу и литературному творчеству приходит новая форма общественного сознания - философия, в понятийный аппарат которой помимо классификационных и количественных понятий входит целый ряд сравнительных понятий: "избыток" и "недостаток", "сгущение" и "разрежение", "сходящееся" и "расходящееся" и других, отражающих собой структурное многообразие реальности. Недаром в древности говорили: "все познается в сравнении". В итоге, мы получили три типа мышления, обусловленных преимущественным использованием трех типов понятий:

- филологическое мышление как любовь к слову - это мышление классификационными понятиями на основе отношений "тождественное" и "различное";

- философское мышление как любовь к мудрому слову - это мышление классификационными и сравнительными понятиями на основе отношений "тождественное", "различное", "соотнесенное" и других;

- научное мышление как любовь к точному слову - это мышление классификационными, сравнительными и количественными понятиями, а также огромным множеством математических абстракций разной сложности.

Первая ступень отражает качественное многообразие мира и характеризует недостаточно развитые, описательные науки. Вторая ступень позволяет осмысливать качественное и структурное многообразие мира и обусловливает теоретическое знание. Тогда как третья ступень дает точное количественное описание действительности.

Соотнесенное ...

Тождественное Различное

Противоположное ...

На схеме, отражающей развитие познания, показано, что освоение структурного многообразия мира идет в направлении отождествления все более непохожих свойств реальности. Подобно становлению числового ряда, оно идет путем нахождения следующих друг за другом сравнительных понятий, лежащих между предельными абстракциями отождествления и различения: "соотнесенное", "противоположное", "ортогональное", "дополнительное", "подобное", каждое из которых появлялось вслед за предыдущим и обусловливало собой революцию в познании.

В зависимости от поставленных целей человек по преимуществу использует тот или иной тип мышления. Писатель, например, использует в основном классификационные понятия, не позволяющие выходить за рамки качественного многообразия мира. Тогда как философ должен осмысливать реальность двумя классами понятий, постигая тем самым ее качественное и структурное многообразие. Представитель конкретной науки, скажем, физики, пытается осмыслить не только качественные и структурные особенности мира, но и стремится найти его точные количественные характеристики.

Каждое время и каждый народ по-разному расчленял и обозначал реальность в классификационных понятиях. Здесь не всегда возможна объективность, а это препятствует точному переводу с одного языка на другой. Однако содержание сравнительных и количественных понятий является однозначным для всех времен и для всех народов, поскольку отражает отношения такими, какими они являются на самом деле, сообщает истинное знание, предлагает действительный и однозначный образ мира. Эти понятия способствуют более глубокому пониманию действительности и взаимопониманию между людьми, так как одинаково делят мир на части, правильно отражают соотношение последних. Если бы люди опирались только на классификационные понятия, с которых собственно и начиналось познание, то они сумели бы выразить только качественное многообразие бытия и простейшие эмпирические законы.

Иное дело, когда мышление дополнено сравнительными понятиями. В этом случае появляется возможность осмысливать и систематизировать более широкий спектр отношений и процессов действительности, учитывать психические свойства людей, весь спектр их ощущений и чувств. На основе этих понятий можно упорядочить и сам язык, выделяя в лексике однообразные группы слов: синонимы, антонимы и др. В сравнительных понятиях можно отражать континуальность мира, его изменчивость и самоорганизацию.

К сожалению, за многовековую свою историю философия растеряла не только свой предмет, поделив его между конкретными науками, она утратила и свою главную ценность - логическую операцию "сравнение", а значит, она потеряла суть главного направления интеллектуального развития.

Размышление о точках зрения

Говорят "человек - мера всех вещей", подразумевая под этим нечто духовное и возвышенное. На наш же взгляд, все значительно проще: относительно температуры нашего тела, мы судим о холодном и горячем, относительно нашего роста - о большом и малом. С аналогичных позиций мы можем говорить о добре и зле, мягком и твердом, сухом и влажном и тому подобном. Приблизительно так же воспринимают мир и животные. Но в отличие от последних, человек стремится вынести систему отсчета за пределы своего организма, благодаря чему переходит от субъективной оценки реальности к объективной оценке.

Осмысление этого важного шага начнем с анализа понятий "больше" и "меньше". В своем учении Аристотель называет эти понятия соотнесенными, поскольку под большим, например, понимается "большее по отношению к меньшему, а под меньшим - меньшее по отношению к большему". Поэтому соотнесенные стороны всегда находятся вместе, так как вне отношения друг к другу они не имеют смысла. В итоге одна сторона этого отношения является объективной точкой зрения для суждения о другой стороне. Но удивительным является то, что эту же самую реальность можно рассматривать не только с позиции одной или другой противостоящей стороны, но и с промежуточной точки зрения, посмотрев на стороны как на отношение противоположностей. Выходит, что с одной позиции отношение "больше - меньше" можно рассматривать как соотнесенное, тогда как с другой - как отношение противоположностей. Например, если рассматривать друг относительно друга разницу температур на концах металлического стержня - можно говорить о горячем и холодном как о соотнесенных понятиях. Но если рассматривать это же отношение с точки зрения промежуточного положения, т. е. "теплого", то речь пойдет о противоположностях. Выходит, что в одном случае горячее и холодное это соотнесенные понятия, тогда как в другом - противоположные. Также "большое" и "малое" можно рассматривать не только в отношении этих сторон друг к другу, но и в отношении к некой промежуточной величине, как избыток и недостаток.

Причем, в античное время, "соотнесенное" и "противоположное" не всегда имели одинаковый статус. В мифологии, например, приоритетным было осмысление реальности с промежуточных позиций. Этот объективный взгляд на действительность нашел свое выражение в образе Дикэ, персонифицирующей образ весов, благодаря которому мир рассматривался как отношение противоположностей, сочетающихся на все лады. Мифологическое мировоззрение связывает это важное отношение действительности с действиями богини права и справедливости. Изображенная с повязкой на глазах и с весами в руках, она символизирует абсолютное беспристрастие, когда дело касается нахождения равных прав, промежуточных положений, противоположных свойств, состояний, вещей и т. п. Так, благодаря образу весов стало возможным судить о противоположностях как об "избытке" и "недостатке" относительно строго заданной системы отсчета - "промежуточного".

Если раньше мерой всех вещей был сам человек, то образ весов и понятие промежуточного как определенной точки зрения на мир сделали возможным определять любые противоположности относительно ориентиров, лежащих вне человеческого организма. И хотя за всем этим продолжала наблюдать мифическая богиня, тем не менее, исследование противоположных начал вступило в новую фазу. Первобытное мышление, находясь в неразрывной связи с языком, было уже невозможно без обобщений, без стремления во всем найти такие объективные закономерности, которым подчиняются как те или иные частные явления, так и более широкие и более удаленные от человека области действительности. А это было возможным только с определенных объективных ориентиров: 1) с точки зрения крайних позиций или 2) с точки зрения промежуточного.

Появление весов и других средств и единиц измерения показало, что "противоположности" могут быть только однокачественными объектами как избыток и недостаток относительно промежуточной степени этого же качества. Поистине это была та объективная наблюдательная позиция, которая на сотни лет определила содержание античного мировоззрения. Это был тот образец, с которым сверяли все: будь то устройство космоса или проявление некоторых частных закономерностей природы, вопросы этики или правосудия. Величественнейшая из богинь - богиня справедливости и ничтожнейший из людей - разбойник Прокруст в своих действиях в одинаковой мере руководствовались этой "точкой" зрения, ибо каждый вершил свой суд относительно того или иного строго заданного промежуточного состояния.

Как специфический способ осмысления реальности, философия возникает из мифологии и античной науки в VII-VI вв. до н. э., т. е. лишь тогда, когда в познании активно осмысляются два типа отношений: соотнесенное и противоположное. А это свидетельствует, что процесс отделения философии от мифологии, литературы и от практических знаний растягивается на многие столетия. Чтобы стать философским, мышление должно было переориентироваться с мифотворчества и освоения той или иной сравнительно узкой сферы действительности на объективное осмысление структурного многообразия всего мироздания. Только на этой основе становится возможным возникновение философии как системно-рационализированного мировоззрения, включающего в себя огромное множество самых разных объективных подходов. Но прежде всего возникновение древнегреческой философии связано с различными попытками построения теоретической картины мира. Причем в отличие от мифологической картины, строящейся в основном по законам воображения, новое воззрение на природу опиралось на разум, на умение отождествлять и различать ситуации, на стремлении использовать сравнительные понятия и видеть мир с объективной точки зрения: "Мудрость в том, чтобы знать все, как одно".

Поэтому одной из главнейших проблем, проходящих через всю историю философии и включающей в себя все другие проблемы познания, является осмысление перемен, происходящих в самом способе философствования, обусловленном выбором исходных гносеологических ориентиров, исходных точек зрения. При этом надо иметь в виду, что речь в данном случае идет о первых философских работах, которые, как известно, почти не сохранились. Исключение составляют труды Платона и Аристотеля, в которых не только много искажений, обусловленных тем, что их авторы не всегда правильно понимали своих предшественников, но и тем, что они часто подгоняли историко-философский материал к своим концепциям. Кроме того, надо учесть, что со временем менялся смысл самих терминов, т. е. смысл классификационных понятий, как и то, что современная философия растеряла язык сравнительных понятий.

В этих условиях становится понятным, что на нашем сегодняшнем философском языке категорий - языке наиболее общих классификационных понятий о мире и человеке, невозможно выразить прошлое знание. В связи с чем возникает сомнение, насколько действительное содержание античной философии соответствует ее общепринятому, современному пониманию и изложению. А это накладывает на исследователя одно очень важное требование: воссоздать старый язык и старое мышление. Не сумев осмыслить отношение "соотнесенного" и "противоположного", двух исходных сравнительных понятий, невозможно прочувствовать и движение античной мысли. При этом античная наука активно пользовалась огромным множеством классификационных и количественных понятий, а также целым рядом математических абстракций. Однако выбор ракурса или объективной точки зрения, с которой человек осмысливал реальность, был самым важным элементом философской системы, как и вообще любого знания. Поскольку именно в этом действии сосредоточен первоначальный акт мышления.

Парменид: "Путь истины"

Парменид (ок. 540-470 гг. до н. э.) был современником Гераклита, но жил не в Ионии, а в противоположном конце греческого мира - в южно-италийском городе Элея. Причем, то направление, которое он придал философии, в корне отличается от того, чему учил Гераклит. В итоге, оба учения навсегда остались олицетворением "противоположных", а, вернее, совершенно разных методов философии. Если Гераклит исходил из признания процессуальности бытия, то Парменид утверждал, что сущее неизменно. Если первый строил учение, опираясь на органы чувств, то второй связывает свою философию с опорой на разум.

Основной труд Парменида - поэма "О природе" состоит из Пролога и двух частей. В Прологе повествуется о том, как юный Парменид направляется к богине справедливости Дикэ, которая сообщает ему о том, что знание, опирающееся на чувства, является всего лишь мнением (докса), тогда как истина является продуктом разума. В соответствии с этим одна часть поэмы называется "Путь истины", а другая - "Путь мнения". Парменид не может вместить свою концепцию ни в рамки ионийской физики, ни в рамки пифагорейской математики. Подозрение ко всему релятивному, противоречивому приводит его к тому, что мир античных философов, который они осмысляли либо с позиции противоположного, либо соотнесенного, оказывается под сомнением. Пытаясь найти опору для разума, Парменид решает, что истинный мир является миром непротиворечивых классификационных понятий. Тогда как мир качественных различий и противоречивых сравнительных понятий объявляется неистинным миром и переводится в разряд мнений. Поэтому мнением будет:

Все, что приняли люди, за истину то полагая: "Быть и не быть", "рождаться на свет и гибнуть бесследно", "Перемещаться" и "цвет изменять ослепительно яркий".

Эти строки показывают, что исходным положением Парменида было утверждение о том, что чувственному восприятию человека дан только изменчивый, текучий, противоречивый мир. Что же касается вечного, неизменного и тождественного себе бытия, то оно доступно только мышлению, исключающему относительность и противоречивость. Это означает, что Парменид исключает из своего мышления сравнительные понятия: "соотнесенное", "противоположное", "сходящееся-расхордящееся" Гераклита, т. е. "ортогональное". Ему остается только одно - выражать окружающий мир посредством классификационных понятий. Поэтому предлагаемая Парменидом точка зрения - это взгляд на мир с позиции абстрактного тождества: А$=$А. Стало быть, познание действительности всегда есть познание с определенных позиций, с определенной точки зрения.

В то же время, согласно учению Парменида, абстрактное различие "не-А" не может быть использовано в "учении истины", поскольку "не-А" не существует в реальности как некий единичный объект. По этой причине его невозможно ни познать, ни выразить в слове, а значит, его нет для разума. В мышлении должно быть лишь то, что есть в действительности. Отсюда согласно учению Парменида следует вывод: "Бытие есть, а не-бытия нет".

Ибо мыслить - то же, что быть... Можно лишь то говорить и мыслить, что есть; бытие ведь Есть, а ничто не есть: прошу тебя это обдумать

И далее по этому поводу: То же самое - мысль и то, о чем мысль возникает, Ибо без бытия, о котором ее изрекают, Мысли тебе не найти. Ибо нет и не будет другого Сверх бытия ничего: Судьба его приковала Быть целокупным, недвижным.

Надо отметить, что и в учениях предшественников Парменида "единое" играло очень важную роль. У милетских философов, например, оно осмыслялось с позиции промежуточного, у последователей Пифагора - с позиции соотнесенного, у Гераклита как сходящееся - расходящееся, но в любом случае как некий множественный объект. У Парменида, напротив, речь идет о единичных, неизменных, тождественных себе объектах, а точнее о принципе, с позиции которого наблюдается и членится действительность. Это значит, что Парменид возражал не только против противоречащих понятий (не-А), против не-бытия, но и против количественных и сравнительных понятий, которые обусловливают множественность сущего, его относительность, динамику и противоречивость. С его точки зрения, "сущее" неделимо и "всецело подобно":

Тут вот - не больше его ничуть, а там вот - не меньше, Что исключило бы сплошность, но все наполнено сущим. Все непрерывно тем самым: сомкнулось сущее с сущим. Но в границах великих оков оно неподвижно, Безначально и непрекратимо: рожденье и гибель Прочь отброшены - их отразил безошибочный довод.

Далее, Парменид утверждает, что бытие завершенно.

Отовсюду, подобное глыбе прекруглого Шара, От середины везде равносильное, ибо не больше, Но и не меньше вот тут должно его быть, чем вон там вот. Ибо нет ни не-сущего, кое ему помешало б С равным смыкаться, ни сущего, так чтобы тут его было Больше, меньше - там, раз все оно неуязвимо. Ибо отовсюду равно себе, однородно в границах.

Отдавая предпочтение классификационным понятиям как единственно надежной опоре ума, Парменид первым увидел строгие очертания "абсолютного" знания. У него не возникает сомнения в открытии им подлинной реальности, самой истины, в столкновении с которой, другие взгляды на мир открывали лишь зыбкое, релятивное, правдоподобное мнение. Если Гераклит видел возникновение и уничтожение реальности сквозь призму борющихся между собой двух пар противоположностей, если Пифагор осмысливал ее с позиций соотнесенного и количественных понятий, то Парменид ту же самую действительность увидел с иной позиции - через отношение абстрактного тождества и непротиворечивость мышления. Тем самым можно сказать, что Парменид впервые обратил внимание на то, как мы мыслим, и вплотную подошел к закону запрещения противоречия - главному формальнологическому закону. В этой связи Парменид резко выступает против лишенных знания людей, которые "бродят о двух головах". Речь здесь идет об ионийских философах

Коим "быть" и "не быть" одним признаются и тем же И не тем же, но все идет на попятную тотчас.

Следует отметить, что поэма Парменида "О природе" в общем-то хорошо сохранилась. Полностью сохранился Пролог, на 9/10 сохранилась первая часть и на 1/10 вторая, в которой, на наш взгляд, была изложена физика ионийцев. В то же время прозаическому сочинению Парменида "Ахилес" не повезло. От него сохранилось одно лишь название, свидетельствующее о том, что Парменид одним из первых подверг критике дихотомическое деление, которым, видимо, активно пользовались все ионийские мыслители. Не отрицая пифагорейских и ионийских взглядов на мир, но определяя их суждения как мир мнений, Парменид, фактически, считает единственно истинным тот мир, который открывается непротиворечивому мышлению, чувственный же, релятивный мир существует для него как иллюзия, которая не может претендовать на название действительного, истинного мира.

Таков формальнологический ракурс видения реальности. Но этот взгляд на мир только-только зарождается. Парменид видит нечто, пока не видимое другими. И он ищет возможность выразить свое видение в слове, в философском учении. И делает все возможное, чтобы видимое и понимаемое только им стало понятным другим людям. Как всякий большой философ, он мыслит против устоявшихся взглядов, и действительно открывает совершенно новое видение мира, новую форму рациональности.


Ротенфельд Юрий Александрович - докт. филос. наук, проф. кафедры философии Восточноукраинского национального университета им. В. Даля

©СМУ, 2002 г.

НАЗАД К СОДЕРЖАНИЮ