Платоновское философское общество
Plato
О нас
Академии
Конференции
Летние школы
Научные проекты
Диссертации
Тексты платоников
Исследования по платонизму
Справочные издания
Партнеры
Интернет-ресурсы

МОО «Платоновское философское общество»

НАЗАД К СОДЕРЖАНИЮ

МАТЕРИАЛЫ 2-Й ЛЕТНЕЙ МОЛОДЕЖНОЙ НАУЧНОЙ ШКОЛЫ с. 256

И. С. Смирнова

ОБРАЗ ПОЛИТИЧЕСКОГО ЛИДЕРА В АНТИЧНОМ СОЗНАНИИ

Лидерство - один из уникальных феноменов политической и общественной жизни, прежде всего связанный с осуществлением властных функций. Причем феномен этот двуединый. С одной стороны, лидерство выполняет объективную функцию организации групповой деятельности, интеграции для достижения общих целей, с другой - выступает в роли субъекта в отношениях со своими последователями и политическими противниками. С этой точки зрения чрезвычайно важными оказываются его личностные характеристики. Лидер занимает главную позицию в группе, выражает ее интересы, обладает качествами влияния во всех сферах жизнедеятельности, с помощью своего авторитета, установившихся в обществе традиций, а также посредством экономических, идеологических и организационно-правовых механизмов осуществляет функцию власти, порой, напрямую связанную с насилием над отдельными членами или всем обществом в целом.

Каким же должен быть политический лидер, если его роль так важна? Следует ли ограничивать власть одних людей над другими и каково должно быть это ограничение? Внешние или внутренние законы оказываются наиболее действенными? Каждая эпоха дает свои ответы на эти вопросы. Действительно, будучи непременным атрибутом политики, политическая этика отличается непостоянным и временным характером. Вместе с изменениями политики изменяются и вдохновляющие ее идеи, настроения и волевые импульсы. Этика стабильности рано или поздно сменяется этикой перемен и обновления, которая часто уступает этосу выживания. Благодаря таким изменениям трансформируется и представление об идеальном политическом лидере.

Даже в рамках отдельно взятой античной традиции мы можем наблюдать эволюцию представлений о политике от мифологических (Гомер, Гесиод) через формирующийся философский подход (Пифагор, Гераклит, Демокрит) и логико-понятийный анализ (софисты, Сократ, Платон) к основам эмпирического и историко-политического исследования (Аристотель, Полибий). Однако можно обнаружить и значительную общность, характерные именно для этой эпохи черты, прослеживающиеся на всем ее протяжении.

Так, рассуждая об образе политического лидера, следует отметить, что для древних мыслителей образцом руководителя оказывается мудрый, высоконравственный правитель, "отец" своим подданным, почитающий традиции и обычаи страны, которую он возглавляет. Главная его цель - порядок и благосостояние. Власть такого лидера осуществляется в тесной взаимосвязи с религией, что представляется вполне закономерным, так как решения мировоззренческих вопросов, определение и прокламация моральных ценностей, этических норм чрезвычайно важны для античного правителя, политика и философа одновременно. Последнее определяет и взаимоотношения лидера и его сторонников, которые близки отношениям "учитель - ученик", что в свою очередь определяет личностный характер лидерства. Здесь влияние основано на авторитете конкретного индивида, его достоинствах и добродетелях.

Думается, что во времена античности никто не сумел бы оценить иронию Бомарше, чей герой - Бежеарс, говоря о политике, утверждает, что "это - искусство создавать факты, шутя подчинять себе события и людей! Выгода - ее цель, интрига - средство. Повредить ей может только порядочность"[1].

Античный правитель в своем идеальном воплощении не преследует никаких личных выгод, да и вся политическая система должна быть выстроена так, чтобы это стало практически невозможно. Например, Аристотель считал, что "самое главное при всяком государственном строе - это посредством законов и остального распорядка устроить дело так, чтобы должностным лицам невозможно было наживаться"[2]. Согласно Платону, совершенное государство само воспитывает своих правителей-философов, основываясь на их задатках и способностях, но прилагая много усилий для их обучения и уводя их от "ночного" дня к "истинному дню бытия"[3]. В стремлении к мудрости воспитуемым должны были помочь прежде всего физические упражнения и мусическое искусство, недостаточные, однако, для познания высшего блага. Арифметика, астрономия, учения о музыкальной гармонии - все это необходимо будущему правителю. Но венец всякого обучения - конечно же, философия.

В настоящее время правители воюют друг с другом из-за власти, считая ее великим благом, видя в ней выгоды, возможность удовлетворить свои амбиции. В то время как идеальный античный философ никогда не может быть вовлечен в подобные распри. Они воспринимают необходимость выполнять те или иные властные полномочия как гражданский долг. "Они приступают тогда к управлению не потому, что идут на что-то хорошее и находят в этом удовлетворение, но по необходимости, не имея возможности поручить это дело кому-нибудь, кто лучше их или им равен"[4]. По мнению Платона, истинный правитель скорее думает о том, что полезно подвластному, нежели печется о собственном благе. И, возможно, рад бы был бы отказаться от своей власти, если бы не радел о пользе общего дела. Примечательно, что и Платон, и Аристотель отмечают, что, прежде чем подняться на верхние этажи власти, будущий лидер должен пройти через подчинение, так как "нельзя хорошо начальствовать, не научившись повиноваться"[5]. Им необходимо преодолеть многие соблазны и испытания - все только ради блага государства.

Однако заниматься всем этим стоит только людям "благодарным", "подлым"[6] преодоление подобных трудностей не по силам. Благородство же основывается на этических принципах и предполагает высокую нравственность. Причем правители должны сохранять свои выдающиеся качества и в обыденной жизни и в период, каких бы то ни было, потрясений. Понимая это, нельзя удивляться, что Платон не верил в разумную власть большинства и предполагал, что лишь немногие люди способны быть достойными правителями, "стражами", оберегающими покой государства.

Следуя сократовскому политическому идеалу, связанному с аристократией, т. е. правлением мудрых и знающих, Платон считал справедливым тот факт, что каждому гражданину отводится какое-либо особое занятие и особое положение, которое не может вызывать ни зависти, ни призрения. Это происходит в соответствии с принципом господства общего над частным. А так как умственные и нравственные качества обычно передаются по наследству, высший общественный слой формируется из людей "благородного" происхождения. Конечно, возможность появления человека с выдающимися достоинствами в низшем сословии и его переход в элиту не исключен, но редко воплощается по причине того, что не получив подобающего воспитания, такому человеку трудно развить свои качества и реализовать себя на более высоком уровне.

Итак, совершенное государство воспитывает своих руководителей, руководствуясь главным постулатом: политика и мораль неразделимы. Но и сами реализовавшиеся политики должны неизменно выполнять нравственно-воспитательную функцию и всячески способствовать распространению и укреплению в общественной жизни моральных норм. Сама политическая наука в рамках этой традиции рассматривается как составляющая часть этики.

Увы, никогда подобная политическая утопия не была воплощена в реальной жизни. Думается, что виной тому несовершенство человеческой природы. Удивительно, однако, не это. Времена античности, погружаясь в Лету, унесли с собой и свое уникальное мировоззрение. Средневековая Европа не знала уже ничего подобного. Политическое лидерство в значительной степени потеряло свое нравственно-этическое содержание. Очевидной стала прагматизациия сознания, вследствие чего влияние лидера основывалось не столько на личных достоинствах, сколько на его способности отстаивать групповые интересы той или иной социальной общности. От лидера не требовалось больше быть нравственным образцом, от него ждали умения сплотить группу для достижения цели, сформировать общий интерес. В эпоху Возрождения и тем более в период первых буржуазных революций, тенденция к прагматизации политического лидерства проявилась еще явственнее и окончательно сформировала совершенно отличное от античного представление об идеальном правителе.

Сегодня взгляд Платона и Аристотеля на характер и функции политического лидерства вновь обретает своих сторонников. В сознании людей мораль и политика все чаще становятся неразрывными, не лишая, однако, каждого мыслящего человека некоторого скепсиса. Возможна ли вообще гуманизация политики не только в светлых утопических идеях философов, но в реальной жизни? Ведь зачастую этические принципы и нравственная чистота становятся лишь частью имиджа политического деятеля, надежным и красивым прикрытием его не всегда благим намерениям и поступкам. И вместо пламенных речей о высокой морали не было бы нам более естественно услышать из уст многих политиков слова все того же Бежеарса: "Нравственность - вещь довольно плоская: суть ее заключается в том, что надо быть искренним и справедливым"[7].


Ирина Сергеевна - канд. филол. наук, докторант факультета международных отношений СПбГУ

ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Преступная мать, или Второй Тартюф. М., 1954. С. 521.

[2] Политика. М., 1982.

[3] Собр. соч. Т. 3. Государство. М., 1994. VII 521е. - 303.

[4] Там же. I 347с. - 104.

[5] Указ. соч. С. 452.

[6] Указ. соч. VII 535с. - 320.

[7] Указ. соч.

©СМУ, 2003 г.

НАЗАД К СОДЕРЖАНИЮ