Платоновское философское общество
Plato
О нас
Академии
Конференции
Летние школы
Научные проекты
Диссертации
Тексты платоников
Исследования по платонизму
Справочные издания
Партнеры
Интернет-ресурсы

МОО «Платоновское философское общество»

НАЗАД К СОДЕРЖАНИЮ

ЯМВЛИХ



ЖИЗНЬ ПИФАГОРА


Глава XXVII

122. Восхваляют также многое из того, что сделали в общественной жизни его ближайшие ученики. Говорят, что, когда у жителей Кротона появилось желание совершать пышные выносы и погребения, один пифагореец сказал народу, что он слышал рассуждение Пифагора о богах: Пифагор якобы говорил, что Олимпийские боги обращают внимание на образ мыслей жертвующих, а не на количество жертв, подземные же боги, напротив, из-за того, что им досталась худшая доля, радуются битью в грудь и рыданиям и, более того, постоянным возлияниям и приношениям на могилу и заупокойным жертвам, совершаемым с большой расточительностью.

123. Поэтому Аида из-за его предпочтения к такого рода подношениям называют Плутоном117, и тем, кто скромно воздает ему честь, он позволяет подолгу оставаться в верхнем мире, а кого-нибудь из тех, кто проявляет расточительность в горе, он всегда сводит под землю, чтобы получить приношения на могилу. Этим наставлением Пифагор внушил слушателям убеждение, что они будут благополучны, если в невзгодах будут проявлять умеренность, а проявляя расточительность, все погибнут раньше положенного срока.

124. Другой пифагореец взял на себя роль третейского судьи в деле, где не было свидетелей. Каждого из ведущих тяжбу он по отдельности подвел к какому-то надгробному памятнику и, остановившись, сказал, что лежащий здесь был в высшей степени достойным человеком. Когда один из тяжущихся восхвалил умершего за многие добрые дела, а другой лишь спросил: «И что он от этого получил?», пифагореец стал с подозрением относиться ко второму и не без основания взял сторону того, кто похвалил добронравие умершего. Еще один пифагореец взял на себя важное судебное разбирательство. Убедив одного из тяжущихся уплатить четыре таланта, другого — получить два, он вынес решение относительно трех талантов и, как представляется, дал каждому по таланту.118 Однажды два человека со злым умыслом оставили у женщины с рынка плащ, договорившись с ней, что она отдаст его, только когда они явятся за ним вместе. Затем они так обманули ее: вскоре один из них взял то, что они оставили вместе, сказав, что другой разрешил ему это сделать, второй же, который не пришел, донес на нее и рассказал должностным лицам о первоначальном договоре. Один пифагореец, взявшийся рассудить это дело, сказал, что женщина выполнит договор, если они явятся вместе.119

125. Еще два человека, как казалось, были очень дружны, но потом стали взаимно подозрительны, ничего не говоря друг другу, потому что кто-то, заискивая, сказал одному из них, что другой соблазнил его жену. Один пифагореец случайно зашел в кузницу тогда, когда считавший себя обесчещенным показывал острый нож кузнецу, выражая ему недовольство за то, что он его недостаточно наточил. Догадавшись, что этот нож заготовлен против того, кого оклеветали, пифагореец сказал: «Нож у тебя острее всего чего угодно, но только не клеветы». Этими словами пифагореец заставил его переменить решение, и он не совершил необдуманно ошибки в отношении друга, которого уже пригласил к себе домой.

126. Когда один посетитель в храме Асклепия уронил пояс с золотом и сетовал, потому что закон запрещал поднимать упавшее в храме, то другой пифагореец велел вынуть золото, которое не падало на землю, пояс же оставить, так как он лежал на земле. А вот что произошло, как говорят, в Кротоне, хотя неосведомленные люди относят это происшествие к другим местам: когда во время представления над театром пролетали журавли, один зритель, вернувшийся из плавания, сказал соседу: «Видишь свидетелей?» Один пифагореец, услышав это, отвел их на заседание Совета Тысячи120, предположив (что и было установлено в результате допроса их рабов), что они утопили в море каких-то людей, свидетелями чего были журавли, пролетавшие над кораблем. Еще пример: два человека, недавно примкнувшие к Пифагору, по-видимому, поссорились. Младший, подойдя к старшему, предложил примириться, говоря, что не нужно брать судьей третьего, но они сами способны забыть о гневе. Тот сказал ему, что он в других отношениях совершенно удовлетворен, но стыдится того, что, будучи старшим, не подошел для примирения первым.121

127. Он рассказал ему это, а также истории о Финтии и Дамоне, о Платоне и Архите, о Клинии и Проре122. Кроме того, об Эвбуле из Мессины в самом деле рассказывают, что он, плывя домой, попал в плен к этрускам и был увезен в Этрурию. Этруск Навсифой, будучи пифагорейцем, узнал, что Эвбул — ученик Пифагора, поэтому он похитил его у пиратов и в полной безопасности вернул его в Мессину.

128. Когда карфагеняне собирались отправить на пустынный остров больше пяти тысяч пленников, карфагенянин Мильтиад увидел среди них аргивянина Посида (оба были пифагорейцами). Он подошел к нему, и, не раскрывая ему того, что готовилось, убедил его как можно скорее бежать к себе домой, посадил его на плывший мимо корабль, дал припасы на дорогу и спас таким образом человека от опасности. В общем, если бы кто-нибудь стал излагать все случаи общения пифагорейцев друг с другом, то он превзошел бы объем и должную меру этой книги.

129 Лучше я перейду вот к чему: как пифагорейцы были государственными деятелями и правителями. Некоторые из них соблюдали законы и управляли городами Италии, проявляя то, что они считали наилучшим, и обсуждая это, и притом они не пользовались общественными доходами. И хотя против них стали выдвигать множество клеветнических обвинений, до некоторых пор все-таки одерживало верх добронравие пифагорейцев и воля самих городов, желавших, чтобы государственными делами управляли пифагорейцы. Считается, что именно в это время в Италии и в Сицилии были наилучшие государственные устройства.

130. Харонд из Катаны, считающийся одним из лучших законодателей, был пифагореец, и локрийцы Залевк и Тимар, известные законодательной деятельностью, тоже были пифагорейцами, и, как говорят, были пифагорейцами те, кто составил регийские законы: одни называемые «гимнасиарховыми», и другие, названные в честь Феокла, — Фитий, Феокл, Геликаон и Аристократ. Они выделялись образом жизни и нравами, которые в то время процветали в расположенных в тех местностях городах.

Вообще, как утверждают, Пифагор изобрел всю систему гражданского воспитания. Он говорил, что ничто существующее не лишено примесей: земля причастна огню, огонь — воде, воздух – земле и огню, а они, в свою очередь, причастны воздуху. Далее, что прекрасное есть в безобразном, справедливое — в несправедливом, и все остальное подчиняется этому же закону (по этой причине разум получает импульс либо в одну, либо в другую сторону, и есть два вида движения тела и души: неразумный и сознательный), и он составил три линии конституций так, что концами они пересекались и образовывали прямой угол, причем одна линия находилась к другой в отношении 4:3, другая была пропорциональна пяти, а третья была средней между ними123.

131. Если мы подсчитаем числовые соотношения этих линий и образующиеся из них фигуры, то получится изображение наилучшего государственного устройства. Платон же позаимствовал это представление, открыто написав в «Государстве», что пара чисел, дающая пропорцию 4:3, соотносится с числом пять и образует два гармонических сочетания124. Говорят, что Пифагор проявлял сдержанность в страстях и придерживался представления о середине125 и о том, что каждую жизнь можно сделалась счастливой, если провести ее согласуясь с каким-либо одним благом. В целом, он открыл представление о выборе благ и соответствующих им деяний.

132. Считается, что Пифагор заставил кротонцев отказаться от наложниц и вообще от незаконных связей. Существует прекрасное и славное изречение Дино, жены пифагорейца Бронтина, женщины мудрой и обладающей выдающимися душевными качествами: «Женщина должна совершать жертвоприношение сразу после того, как она встанет с ложа своего мужа» (некоторые приписывают это высказывание Феано). К Дино пришли жены кротонцев и просили ее вместе с ними обратиться к Пифагору, чтобы он высказался относительно благоразумного отношения к ним, ожидаемого ими от их мужей. Это и было сделано: женщина передала просьбу, и Пифагор поговорил с кротонцами и убедил их совершенно оставить царящую в то время распущенность.

133. Рассказывают также126, что, когда из Сибариса в Кротон пришли послы с просьбой о выдаче беглых рабов, Пифагор, увидев, что один из послов был убийцей его друзей, ничего не ответил ему. Когда же тот вновь спросил его и захотел вступить с ним в общение, Пифагор сказал, что таким людям он не будет давать прорицаний. Поэтому некоторые стали считать его Аполлоном. Все это, а также то, о чем мы рассказали чуть выше, — о низложении тиранов, о том, как стали свободными города в Италии и на Сицилии, и о многом другом, — пусть будет свидетельством его благотворного влияния на общественные дела, которое пошло на пользу людям.



к содержанию | примечания | к общему списку текстов